Уэллс. Горький ветер

К счастью, в «Диккенсе» их не было.

Я прошел к столику, за которым сидел Чарльз Стросс с друзьями-полицейскими и пил кофе, сел напротив и сказал:

– Добрый день, я от господина Уэллса.

Чарльз качнул головой в мою сторону. Из-за черных очков и толстого шарфа не было понятно, смотрит он на меня или в сторону.

– Очень хорошо. Я давно вас ждал. Вы привезли то, что мне нужно?

Я утвердительно кивнул и представился для удобства общения.

– Господа, я вынужден с вами попрощаться. Дело не терпит отлагательств.

Полицейские все поняли без дальнейших разъяснений, поднялись и пересели за другой столик.

Чарльз взял чашку с кофе, одной рукой раскрыл шарф, другой поднес чашку к провалу между полосами шарфа и сделал глоток.

– Вы привезли чудо-зелье, которое позволит мне оставаться невидимым на службе?

– По крайней мере, мы предполагаем, что оно поспособствует этому, – уклончиво ответил я.

– Хорошо. Передайте его мне, – попросил он.

Я достал из кармана пальто пузырек, плотно запечатанный пробкой, и протянул его Строссу.

– Благодарю вас. На этом все. Не смею вас задерживать, – сказал он, намекая на то, что мне пора идти.

– Господин Уэллс настоятельно требовал, чтобы сегодня я следовал повсюду за вами и наблюдал за действием препарата, – ответил я.

Подобный поворот событий Чарльзу явно не понравился, но по его внешнему виду нельзя было это определить.

– У меня сегодня весьма насыщенный день.

– Вся жизнь – это один сплошной научный эксперимент, который сопряжен с риском и опасностью. Так что я остаюсь, – возразил я ему.

– Что ж, это ваш выбор. Я не смею настаивать. Вы слышали о лондонском оборотне? – поинтересовался он.

– Читал сегодня в газетах. Новая жертва.

– Если бы одна. А то три разодранные женщины. Хорошо, что два трупа нам удалось скрыть от газетчиков.

– Револьвер «смит-вессон» под патрон 38-го калибра. Только он у меня не с собой. Не имею привычки в мирное время таскать оружие, – сказал я.

– Ваши домашние богатства меня не интересуют. Что ж, тогда мы выделим вам ствол. На дело без оружия идти нельзя. Мало ли что может случиться, а меня не окажется рядом.