Отчаянные

Когда я вернулся с опознания, Балу сидел в моем кабинете и пил кофе, пялясь в экран телевизора, по которому передавали свежие новости.

– Слушай, а что за дрянь ты пьешь, вроде Классик, как раньше, но черта с два это Классик. Силос скорее, – громогласно заметил он мое прибытие.

– Если дрянь такая, чего присосался к кружке? – спросил я.

– Так во всей конторе ни у кого кофе не осталось.

– Или все боятся тебя угощать. Понравится, так начнешь каждый день шастать. Кофеем не напасешься. В тебя же ведрами вливать надо, чтобы ты напился.

Балу довольно разулыбался, словно ему комплимент отвесили.

– Что по новостям? Есть что интересное?

– Майдан, санкции, пожары в Подмосковье. Все как обычно. Вот только в Африке вирус Эбола расшалился. Да исламисты опять голову поднимают.

– Эбола, говоришь, – я налил себе кофе и сел в кресло. – Помнится, полгода назад равенцы выставляли на торги технологию по разработке противовирусных препаратов. Там что-то про Эболу крутилось.

– Я за этим не слежу.

– Надо будет эту тему поднять, посмотреть. Было что-то.

Не знаю, чего я уцепился за этот вирус, но мне показалось, что это очень важно и есть какая-то цепочка между торгами равенскими технологиями и активацией вируса в Африке.

Я сделал пометку в ежедневнике, просмотреть записи по торгам, решил, что займусь этим завтра, и выключил телевизор. Тратить время на ящик – непозволительная роскошь.

Иногда в телеэфире можно выловить крупицы полезной информации, но у нас этим целый отдел занимается.

– А ты куда пропадал? Я тут с этим голиафянином тер, а тебя нет. Раджа этот, похоже тоже, напрягся из-за этого, – спросил Балу, ставя на стол пустую чашку.

– Фомича нашли. Кто-то в нем дырок наделал, несовместимых с жизнью. И мне это очень не нравится.

Балу от удивления даже присвистнул, покачал головой и тяжело вздохнул:

– Жаль мужика. Хороший был. Думаешь, это как-то с проблемой Раджи связано? – выстроил он логическую цепочку.

– Я не удивлюсь этому. Как-то все одновременно. И очень даже не к месту. Удалось что-нибудь полезное у голиафянина узнать?

Балу взял с края стола папку, раскрыл ее и протянул мне фотографию.

– Это пропавший Веселин. Кто он, что он, тут все есть в бумагах. Вкратце, сынок богатеньких родителей. Вырос в роскоши. Решил, что должен тоже что-то сам сделать, своими руками, добился разрешения отправиться на Землю.