Археолог

Возле машины, прислонившись к двери, сидел Огнецов, их водила. Хороший мужик, семейный. У него жена в Ярославле с двумя дочками. А в Угличе любовница есть. Он каждый раз отправлялся на дело как на праздник. Но эта дорога для него оказалась последней. Ему не повезло. Выбравшись с водительского сиденья, мужик получил пулю в грудь. Бронник не спас, не уберег. В глазах у водилы застыла обида. Как же так? Как все его женщины будут теперь без него?

– Твою же в бога душу мать, – выругался Костров.

Перешагнув через мертвеца, парни продолжили путь и вскоре оказались возле грузовика.

– Спасибо, Два Пальца, хорошая работа! – поблагодарил Константина Сберегаев, при разговоре он немного шепелявил из-за прикушенного языка. – Следи за левым флангом. Чего Леденцов там сидит? Вот чего он сидит?

Долгов понимал нервное состояние Сберегаева. Если командир сейчас не выберется из машины и не начнет наступление на позиции врага, то можно считать, что их песенка спета. Белый рой подавит сопротивление и положит их по одному.

Поэтому сейчас вся надежда на грамотное поведение Леденцова. Все-таки командир у них калач тертый, воробей стреляный – не в одной передряге участвовал.

И тут словно в ответ на все их мольбы раздался сильный взрыв. Долгов выглянул из-за грузовика и увидел поднимающийся черный столб дыма, идущий от машины Леденцова. Все-таки не успел! Эти сволочи достали его. Шибанули из гранатомета или просто забросали гранатами. Теперь их осталось четверо против всей этой своры лесных грабителей.

– Нам их не удержать, – тихо сказал Сберегаев, но, несмотря на грохот выстрелов, его все услышали.

И слова его прозвучали как приговор.

– Что у нас за груз? – спросил Долгов.

– Хер знает. Ящики какие-то, коробочки. Там чуть-чуть. Зачем такой грузовик из-за мелочовки гонять, я не знаю, – отозвался Костров.

– Вероятно, для прикрытия, чтобы не подумали, что тут что-то ценное.

– Дело говоришь, Два Пальца, только нам это ни хера не помогло, – огрызнулся Сберегаев.

– Тогда так сделаем.

Я лезу в кузов. Вы меня прикройте. Прихвачу из груза, что смогу, а там попробуем уйти лесом. Это наш единственный шанс, – предложил Долгов, и неожиданно все его поддержали.

Костров даже помог ему забраться в грузовик, подставив плечи как приступок.

В кабине было темно, как в деревенском нужнике. Свет просачивался только через дырки от вражеских пуль в брезенте. Долгов двигался на ощупь. Глаза быстро привыкли к темноте, и он смог осмотреться. Груза и впрямь мало.