Петербургская баллада (сборник)

– У тебя телефоны РУОПа есть?

– Найдем, – распахнул передо мной дверь своего кабинета Алексеев.

Косталевский оказался высоким, грузным мужчиной лет под пятьдесят. Его лицо показалось мне неприятным: надменно-брезгливое, даже несколько хамоватое выражение намертво въелось в его черты. Да и на меня он смотрел как москвич на нижнесобачинца.

– Что надо?

– Я к вам с просьбой, – начал я, уже предвидя исход беседы, – как я уже говорил по телефону, моя фамилия Мартынов, и я возглавлял операцию на Васильевском…

– Провалили операцию на Васильевском, – поправил он.

«Терпи, – сказал я себе, – хочешь получить хоть какую-то информацию – терпи!»

– Там погибли мои друзья. Я узнал, что у вас может иметься информация по этому делу. Я буду крайне благодарен за любую…

– Прежде всего я хотел бы выяснить, от кого вы узнали обо мне, – жестко перебил он меня.

– Вы часто звонили в Василеостровское РУВД, – ушел я от ответа, – вот я и подумал…

– Неверно подумали. Просто дело было похоже на то, каким я занимался когда-то, вот я и проверял.

– А могу я узнать, что это было за дело?

– Нет, – отрезал Косталевский, – я сказал, что они не соприкасаются, значит, нечего и ворошить былое. И вообще…

– Для меня это очень важно, Игорь Геннадьевич, – униженно попросил я, – я понимаю, что информация закрыта и с бухты-барахты ее никто выдавать не станет, но вы можете навести обо мне справки, проверить все…

– Вот что, любезнейший, – разозлился Косталевский, – я сегодня же созвонюсь с вашим начальником и настоятельно порекомендую ему следить, чтобы его подчиненные занимались своим делом, а не болтались по городу, отвлекая людей от работы.

«Звони, звони, – мстительно подумал я, – это со мной ты весь такой героический и на коне, а с Григорьева где сядешь, там и слезешь».

– Я еще разберусь, откуда у вас появилась информация о нашем отделе, – пригрозил Косталевский, переводя взгляд с меня на третьего человека, находящегося в кабинете, которого я поначалу принял за сотрудника отдела, – не РУОП, а проходная какая-то… Все, разговор окончен.

Мне ничего не оставалось, как покинуть кабинет. Молчаливый свидетель нашего с Косталевским разговора последовал за мной. В коридоре мы остановились и вопросительно посмотрели друг на друга.

– Кажется, мы невольно здорово друг другу подкузьмили, – обаятельно улыбнулся мне незнакомец.