Петербургская баллада (сборник)

Все они ведь так или иначе связаны с черным рынком, да и криминальная обстановка… наверное, вам лучше поговорить с работниками музея связи, с директорами других филателистских клубов.

– Это мы сделаем непременно, – заверил Руслан, – но передача будет неполной, если обладатели частных коллекций останутся за кадром. Не беспокойтесь, некоторых из частных коллекционеров мы знаем и так. В большинстве своем это вполне обеспеченные люди, обладающие собственной охраной, так что беспокоиться им не приходится. Например, Савченко, Кравцов, Кузьмичев…

(Первые две фамилии Руслан выдумал тут же, и это сработало.

)

– Кузьмичева я знаю, – расслабился старик, – с двумя другими, к сожалению, не знаком. Но если вам о них известно, зачем же…

– Мы были бы весьма вам признательны, если бы вы взяли на себя труд организовать нашу встречу, – сказал Руслан, – пригласили бы Владимира Александровича сюда… Одно дело – позвонить в клуб и попросить представителей дать интервью, и совсем другое – заявиться к частному лицу: «Здравствуйте, я ваша тетя!» Уж не посетуйте на нашу настырность, но как иначе бедным репортерам собрать материал? Только познакомиться с одним, попросить свести с другим, представить третьему… Как пчелка собирает пыльцу, так и журналист: чуть с одного, чуть с другого – и улей полон.

Я им в любом случае позвоню, но с вашей помощью будет несколько корректней. А я вам за это обязуюсь с сегодняшнего дня отдавать все марки с приходящих в редакцию писем… Помогите, а?

– Ну, если марки, – улыбнулся Аверьянов его шутке, – тогда подкупили бедного старика… С Владимиром Александровичем вам будет и впрямь интересно пообщаться.

Прелюбопытнейший человек. Со странностями, конечно, как и всякий фанатик филателии, но зато личность колоритнейшая… Попытаюсь вашу встречу организовать, но за результат не ручаюсь. Подождите минутку, где-то у меня был записан его телефон…

– Стало быть, Кузьмичев про марку эту тифлисскую никому не говорил, – вслух размышлял Руслан, когда они возвращались из клуба филателистов, – для нас это неплохо.

Я бы даже сказал: хорошо.

– Почему? – спросила Таня.

– Это значит, что приобрел он ее способом, далеким от легального. А значит, и шума после ее экспроприации не будет.

– Он может заявить о самом факте грабежа. Дать приметы, время и все такое… А марку назвать другую.

– Мы не будем брать другие марки, – решил Руслан, – доказательством для ментов будет служить только эта марка, а ее-то он и не назовет.