Петербургская баллада (сборник)

Дело не в человечке – барыга как барыга, только что со страстью к коллекционированию… И даже не в том, что квартира его охраняется со всеми изысками двадцать первого века… Как ты относишься к филателии?

– К собиранию марок? – уточнил Руслан. – В детстве сам грешил. А сейчас даже на конверты не наклеиваю – писать некому.

– Дилетант, одним словом, – понимающе покивал Север, – а между тем работать предстоит именно с этим материалом. Вот адрес и фамилия человечка, – он бросил на стол незаклеенный конверт, – там же и фотография того, что вам достать предстоит.

Руслан извлек из конверта вырезанную из какого-то журнала фотографию. Посмотрел. Перевел недоуменный взгляд на Севера.

– Да-да, – с усмешкой подтвердил тот, – я сам поначалу обиделся. Но заказчик назвал сумму, и шутки кончились. Раритет – что ты хочешь? Положа руку на сердце: я сам всей этой фигни не понимаю. Рубенс там или Ван Гог – понятно, бриллиант или сапфир – тоже ясно, но платить деньги за кусок штампованной бумаги… Но ведь платят.

Теперь Руслан присмотрелся к фотоснимку повнимательнее. Ровный квадрат с рисованным кругом внутри. Двуглавый орел и герб города. Вдоль левого края надпись: «Тефлис», поверху: «Город С.», по правому: «Почта», снизу: 6 коп. Вот и все. На марку и то не похоже: ни зубчиков, ни штемпелей. Чушь какая-то. Но если за это платят, то…

– Сделаем, – вздохнул он, – сколько таких притащить надо?

Север грянул хохотом так, что даже прослезился.

– Не обращай внимания. Понимаю, что ты в филателии – ни в зуб ногой. Просто не удержался… Одну надо притащить, Руслан. Всего одну. Как мне пояснил клиент, в мире всего три такие марки. Эта – четвертая. Неизвестная ранее.

– А коль у этого фраера еще подобная лабуда попадется? – уточнил Руслан. – Раз человек этот подобную дрянь коллекционирует, стало быть, кое-что за душой имеет.

– А ты разбираешься в том, что предлагать собираешься? – урезонил его Север. – Подобные вещички сбывать ой как хлопотно, а попасться на них – ой как легко. В молодости я от подобных «троянских коней» предпочитал держаться подальше. Золото, камешки да наличка редко особые приметы имеют, а вот такие штуковины… Впрочем… Если нюхом учуешь, что стоящее, – неси.