Без имени

Но ему скоро придет конец, – пафосно произнес отец, с ненавистью смотря на Зелума.

– Интересно, а за что ты меня так ненавидишь? Неужто маленькая лоботомия, которую мы провели, вызвала такое неудовольствие? – все тем же тоном поинтересовался Зелум.

Отец не ответил.

– Ты безумен и ненавидишь все свои творения, голод съедает тебя изнутри и сводит с ума, – вынес свой вердикт Зелум. – Я отделил часть тебя и позволил ей жить вне твоего безумия, но ты вряд ли оценишь мою доброту.

Щупальца яростно метнулись к нему, но, отброшенные крыльями, вернулись обратно.

– Не нравится? – ехидно поинтересовался Зелум. – Что поделаешь, правда – вещь нелицеприятная, а в нашей семейке – так совсем полный привет.

– Весьма дерзко перед лицом смерти. Что это – глупость или пустая бравада? – тем же надменным тоном поинтересовался Создатель.

– Ни то и ни другое, – ответил Зелум спокойно. – Я готов умереть здесь, но не собираюсь делать это бессмысленно. Мне не хватит сил, чтобы полностью уничтожить тебя, но уложить в вечный сон – это я смогу, пусть даже и ценой своей жизни, – спокойно произнес он, на его лице не отразилось вообще ничего.

Жестокий смех был ответом на его слова.

– Я ошибся в тебе. Надо было сделать тебя богом шутов, – мрачно сказал отец.

– Ты много где ошибся, – горько усмехнувшись, сообщил Зелум. – Могу даже сказать, где и в чем, раз уж мы решили поговорить по душам впервые за столько тысяч лет.

– Довольно болтовни! – яростно произнес Создатель, бросаясь в атаку.

– А мог бы и послушать, – разочарованно произнес Зелум. – Узнал бы много интересного. Готовься ко сну, отец, надеюсь, кошмаров будет много.

Над Зелумом появилось сотканное из света и огня заклинание, по виду напоминающее заклинание печати.

– Это разрыв души, – пояснил он Создателю, уйдя от его атаки и переместившись немного в сторону. – Сила разрываемой души превышает все известные заклинания, боль тоже не сравнима ни с чем. – Мрачная улыбка пробежала по его лицу. – Но я уже привык к ней.

Заклинание упало на Зелума, разрывая его сущность и высвобождая невероятную силу. Крылья, загоревшись синим пламенем, стали ярко-красными, окружающее пространство наполнилось яростно гудящим пламенем того же цвета, что и крылья. Пламя охватило отца, сковывая его. Меч, напитанный кровью, вошел в грудь Создателя, разбивая его защитные барьеры. Отец упал. Зелум стоял перед ним, с его губ срывались слова заклинания, погружающего отца в вечный сон.