Первая жертва

 – Мы возьмем его в ближайшее время, уверяю вас.

Произнесено это было настолько уверенно, что показалось присутствующим слишком самонадеянным заявлением со стороны русского доктора. Агент ФБР внимательно посмотрел на него.

– Вам что-то известно, чего не знаем мы? – спросил шериф.

– Мы сделали правильный ход, что объявили о свидетеле в прессу, – начал Вревский, засунув руки в карманы брюк. – Я почти всю ночь работал. Размышлял. И все больше убеждался в правильности этой затеи. Если мы с мистером Уэббом точно сформировали профиль субъекта, а я уверен, что так оно и есть, – тогда наш парень в ближайший день – два заявит о себе.

Он обязательно попытается внедриться в расследование и будет придумывать какой-либо повод для этого. Наша задача его не спугнуть. Ваш список из двух тысяч особ сократиться до минимума, – Виктор сделал паузу, – не знаю, например до ста человек. И среди них с огромной долей вероятности будет он.

– И как мы его узнаем? – саркастическая ухмылка обозначилась на одутловатом лице полицейского.

– Очень просто.

Брови Уэбба слегка приподнялись. Что придумал этот выскочка? – вертелась мысль в его голове. Хотя подсознательно агент уже смирился с тем, что русский психиатр обладает незаурядными умственными способностями, которые в разы выше его самого.

– Каждого из этого списка наиболее активных, желающих помочь следствию необходимо будет пригласить сюда для разговора. Нам достаточно будет одна комната, оснащенная видеокамерами и несколько минут, чтобы определить нужного нам парня.

– И как же вы собираетесь сделать это?

– Элементарно, – ответил Вревский. – Найдите среди сотрудников полиции девушку, максимально подходящую по внешнему описанию к жертвам. Пригласите косметолога – визажиста, который по фотографиям сможет придать ей облик, очень схожий на убитых девушек. И обязательно, чтобы на ней была гражданская одежда. Не вызывающая, но выгодно подчеркивающая ее формы. Особенно грудь. Это, пожалуй, самая важная деталь нашего плана.

Грудь должна выделяться.

– И? – спросил Уэбб, догадываясь, что на уме у его вынужденного компаньона.

– И она должна будет провести около двух минут с каждым из списка. Наедине. Повод – обычная беседа и, скажем, составление анкетных данных на случай надобности. Мы будем наблюдать с другого помещения.

– Что же вы ожидаете увидеть? – в голосе Фостера сквозили нотки недовольства.

– Реакцию субъекта.