Застенец

– Я сам! – прикрикнул министр на своего подопечного, который шагнул вперед. И в голосе Алексея Симеоновича послышался гнев. Я даже удивился, насколько это не соотносилось с его флегматичным характером.

Он поднял здоровую руку и стал производить странные манипуляции. Со стороны казалось, словно министр очищает огромную луковицу. «Сняв» три или четыре чешуйки он опустил кисть, а в образовавшемся оконце среди тумана появилась косматая голова с бакенбардами. Привратник коротко кивнул, после чего туман расступился еще больше, образовав вполне внушительный проем.

Едва я ступил внутрь, как в глазах зарябило от количества людей и животных. В нос ударил запах навоза и прелой соломы. Уши заложило от гомона. К нам бросились сразу несколько иносов в голубых мундирах, точнее не к нам, а к министру, голося и причитая на все лады.

– Да нормально все, нормально, – отмахнулся он, – царапина там. От Зеркала срикошетило. Где Варвара Кузьминична?

Из-за могучих спин выскочила маленькая девушка в черном платье, белом чепчике и фартуке.

Сказать, что девушка была хороша – не сказать ничего. Я рассмотрел крохотный вздернутый носик, огромные голубые глаза и рассыпанные по щекам веснушки. Из-под чепчика выбилась прядь рыжих волос. А ведь она всего на пару лет меня старше.

– Варвара Кузьминична, – обратился к ней министр. А я еще удивился: меня называл просто Николай, а ее – по отчеству. – Там пустяки, но рана больно рваная.

Что происходило потом – я уже не видел. Министра обступили со всех сторон, а ко мне подошла целая делегация. К слову, ее возглавлял красивый рослый мужчина с ровным пробором и тонкими усиками. А еще, в его присутствии очень хотелось ему понравиться. Интересно, это что, природная харизма или магия?

– Куликов Николай Федорович? – спросил он, не сводя с меня внимательного взгляда. Создалось ощущение, что незнакомец буквально прощупывает насквозь.

– Да, – ответил я и чуть помедлив спросил: – С кем имею честь?

Вообще, я никогда так не разговаривал. На Портянке в ходу были более известные фразы, вроде: «С какого района?» и «Каким образом дышишь?». Но, видимо, из-за окружения, этой девушки, молодцов в мундирах, запряженной повозки, хотелось говорить на языке Куприна.

Незнакомец улыбнулся, отчего стал не таким холодным и опасным.

– Максутов Игорь Вениаминович.