Застенец 4

Наше молчание компенсировал возчик, попавшийся на удивление веселый и говорливый.

– Вы, значит, и есть тот Ирмер-Куликов? – просиял он, на полном ходу обернувшись назад. – Который, стало быть, футболист, убивец тварей и любитель женщин?

Проклятый Максутов!

– Вроде того, – ответил я. – Смотрите, пожалуйста, за дорогой.

Возница послушался, правда, хватило его ненадолго.

– Я вас по заводу сразу распознал. Он же раньше князю Ирмеру принадлежал… Говорят, с Императором дружите?

– Ага, с детства, – хмыкнул я, решив не уточнять, с чьего именно.

– А правду говорят, что Император к застенцам опять уехал? – не уловил ноток сарказма тот. Вроде как зуб они на нас точат. Если не договоримся, то быть беде.

Чтобы договариваться, необходимо иметь нечто противоположной стороне нужное. Застенцы же хотели одного: чтобы магов не стало. Сказал я, разумеется, совершенно другое.

– Все хорошо будет.

– Тоже так думаю, – деловито согласился возчик. Помолчал и вновь поглядел на меня. – Важный Вы человек.

Я вот, к слову, тоже всем этим боле для души занимаюсь. Так-то у меня лавка своя есть.

Я понимающе покивал. Миры разные, а извозчики одинаковые. Даже удивительно.

– Скажите, у вас брат в Самаре есть? – вкрадчиво спросил я.

– Нет, псковские мы. Знаете, как говорят, псковский да витебский – народ самый питерский.

На этом, слава Богу, разговор закончился. Потому я не услышал ни о местных стартапах, ни об инвестициях, ни о рекордных дивидендах, и вообще обо всем полезном.

Хотя та же информация об Его Величестве настораживала. Не то чтобы я серьезно относился к сведениям таксистов, то есть, возчиков. Но если уже среди простого народа говорят о подобных вещах – положение дел тревожное.

Наконец мы оказались на месте. Несмотря на наличие лавки и восприятия данной деятельности не более, чем хобби, извозчик деньги забрал. Макар же открыл навесной замок и пригласил меня внутрь.

Сейчас Протопопов напоминал уверенного артефактора, будто тот только и занимался тем, что принимал клиентов для опознавания реликвий и зачарованных вещей.

Он неторопливо достал отданные ему предметы и принялся рассказывать:

– Обычный артефакт, для прокладывания пути, – указал Макар на обломок жезла. – Не понимаю, для чего именно такой формы и размеров. Скорее всего, либо очень старый, тогда каждый артефакт делали более изящным, чем практичным. Сейчас бы сотворили в виде компаса. Кстати, если найдешь остальные части, смогу даже починить.