Временщик. Книга третья

Но даже в этом случае необходимо приземлиться подальше от глаз обывателей. Укрыть порта и двигаться в ближайшую общину. Слушай внимательно, правила не просто так придуманы.

Я кивал, не сводя взгляда с длинного носа порта. Воздух возле его ноздрей подергивался маревом, а сам дракон приоткрыл пасть, будто насмехаясь. Ну ничего, мы посмотрим, кто кого.

– Залезай, – разрешил один из погонщиков.

Ремней тут было поболее, чем на зеве. Но затянуть их мне помогали работники площадки. Один из магов неспешно накладывал на меня заклинания.

Как объяснил – от ветра и прочей непогоды. Почему бы и нет, если на халяву?

Когда с приготовлениями закончили, я немного потянул удила на себя, и дракон недовольно заворчал. Он хлопнул хвостом по поверхности взлетной площадки, сделал несколько шагов, набирая ход, и с силой оттолкнулся от земли. Взмах крыльев, другой – и вот мы поднимаемся все выше, кружа над площадкой. Еще немного – и порт стал удаляться от своего дома. Левее, метрах в пятистах, приземлялся самолет, дальше несколько лайнеров готовились ко взлету.

И посреди этого всего, верхом на драконе, обдуваемый ветром, который не причинял неудобств, летел я.

Душу переполняла какая-то детская радость. Такая обычно бывает от совсем простых и чистых вещей, которые нельзя купить ни за какие деньги. Порт ворчал, но не предпринимал никаких попыток саботажа. Да и я держал удила крепко. Благодаря Наездничеству процесс управления был простым и привычным, точно я занимался этим с раннего возраста.

Далеко внизу крошечными домиками виднелся кокетливый Париж. Большим кругляшом, окруженным взлетными полосами, остался позади аэропорт. А впереди радовали взор лишь поля. Я часто дышал, словно мне не хватало воздуха, и улыбался. А когда по телу порта пробежала дрожь, мое сердце застучало еще быстрее. Громкий хлопок – и мы исчезли.

Глава 3

Главная хитрость жизни – в том, чтобы умереть молодым, но как можно позже. Признаться, с норовистым портом сделать это было очень непросто.

После первого перемещения, когда мы оказались уже далеко от погонщиков, дракон решил, что он пилот реактивного истребителя, а под нами благодарные зрители. Поэтому стал выделывать такие кульбиты, что если бы не множество ремней, сделавших нас одним целым, я бы совершил свое первое в жизни свободное падение.

Но после второго перемещения порт вроде как начал мириться с существованием наездника. Да и я уже понял, что с подводной лодки никуда не денусь.