Я ухожу

Губастенький уже развернулся и стал спускаться по лестнице. А нам оставалось ждать. Караульная смена выбралась довольно скоро, явно раздраженная тем, что ее оторвали от интересного времяпрепровождения. В адрес Зеленого летели угрозы различной степени тяжести. Хорошо, что тот сейчас ничего не слышит.

И опять нам везло. Они выбрались почти одновременно, застыв на площадке. Подросткам потребовалась пара секунд, чтобы оглядеть сначала пустые козлы возле главных ворот, потом посмотреть на спускающегося товарища.

А мы со Слепым тем временем начали действовать.

Это было бойней. Быстрой и беспощадной. Подобранный у военных нож не был, конечно, моим старым добрым Солдатиком, но справился со своей миссией не хуже. Резкий колющий удар в яремную вену тому, который стоял спиной ближе ко мне. После я развернулся и выбросил руку, целясь чуть ниже живота в другого. Попал. От подобных атак болевой шок такой, что ты даже подумать ничего не можешь. По крайней мере, нам так говорили.

Слепой орудовал по старинке – иглами.

Двигался он чуть медленнее меня, но в успехе его действий я не сомневался. Вот только в этот самый момент мерзкая шлюха по имени Судьба решила усмехнуться и выкинуть очередной фортель.

А все из-за неумения пацанов обращаться с огнестрельным оружием. Ну никто, никто и никогда не держит палец на спусковом крючке. Только вдоль скобы, ведь в противном случае и шмальнуть можно. Мне показалось, что время замедлилось, а сам я вижу то, что произойдет в следующую секунду.

Но я уже ничего не успевал сделать.

Конечно, один из подростков умрет. В этом не осталось никаких сомнений. С парой десятков игл в груди долго не живут, если только ты не индийский йог. Но напоследок он сделал гадость. Падая, нажал на спусковой крючок, и от лестницы, высекая искры, срикошетило несколько пуль.

Пары секунд хватило понять, что с нашими все в порядке. Вот только тихо снять охрану лагеря не получилось. На фоне стекающих с карнизов и крыш остатков дождя звук выстрела казался громом посреди ясного неба.

И явно достиг именно тех ушей, которые не должны были его услышать.

И эффект внезапности, на который я так рассчитывал, мы благополучно просрали.

Глава 5

Я смотрел на выставленные словно по линеечке ряды коек. Заправленные кровати, подушки треугольником. Будто в пионерском лагере. Может, Завуч действительно имел какое-то отношение к воспитательному процессу? Правда, интересовало меня сейчас совершенно другое.