Санаторий

Его собеседник был полной противоположностью. Высокий, подтянутый мужчина сорока – сорока пяти лет, в брендовых джинсах и футболке. Небрежность седеющей бородки доведена до совершенства искусным парикмахером, а настоящий “Ролекс” поблёскивающий на жилистом запястье, выдавал человека значимого.

– Что-то я сомневаюсь, – заговорил мужчина в футболке, – ты уверен, что это наши?

– Пётр Валерьянович, не беспокойтесь, всё верно. Поезд 316, вот и мой организатор с ними, – потёр руки плешивый и кинул скользкий взгляд на гомонящую толпу.

– Щуплые какие-то! Ты вон того вообще видел? – он махнул головой в сторону толпы.

Плешивый обернулся, сделав пару шагов, и хищным взором уставился на отставших от всех парнишек. Немного подумав, он вновь повернулся к собеседнику и медленным, плавным тоном заговорил.

– Пара щуплых ничего ещё не говорит! – возразил он – Товар хороший. Большинство подростков занимаются единоборствами, занимают призовые места на соревнованиях.

– Так, дальше…

– В общем, восемьдесят процентов из них – из неблагополучных семей.

Пётр Валерьянович почесал седую бородку и задумался.

– Не кинутся?

– Нет! – продолжал кудрявый – Вот например, команда девушек в полном составе прибыла из Саратовского детдома.

– Это хорошо, очень хорошо… – задумчиво проговорил он и потёр ладони.

– Вот, допустим, ещё, – он достал из потрёпаного портфеля папку с файлами и вытащил из них один лист. – Возьмём любое личное дело. Итак, Воробьёв Матвей Александрович, родился в селе Александровка Саратовской области.

– Конкретнее давай! – перебил его бородатый, нетерпеливо похрустывая костяшками пальцев.

– Ага, вот! – Он уткнулся глазами в лист – Спортсмен, борец, в этом году занял второе место на областных соревнованиях в весовой категории 58 килограммов, – затараторил он, быстро перескакивая то на одну строчку, то на другую, ища более нужную информацию. – Нашёл! Отец умер в 2007 году, инсульт. Мать работает в местном магазине уборщицей, пьёт, лишена родительских прав, – пояснил кудрявый и аккуратно сложил документ в файл.

Повисла пауза, которую нарушал только стрёкот одуревших от духоты цикад. Валерьяныч достал золотистую сигарету и закурил, наблюдая, как тяжёлый густой дым растворяется в бледно-жёлтых лучах уличного освещения. В этот момент каждый думал о своём.

– Пётр Валерьянович, всё будет нормально. Все здоровые, сильные и выносливые.