Верравия. Вторая столица

Но все сожаления о несчастном панцирхете, желание внести его в Красную книгу и огородить любое общение с людьми (и другими разумными) моментально пропало, стоило Энди приблизиться к мобу вплотную. Чудовище резко оттолкнулось мощными лапами и бросилось вперед, раскрыв невероятных размеров пасть. На минуту мне показалось, что по сравнению с этим милым ротиком, ощетинившимся крепкими круглыми зубами, способными перемолоть даже твердые толстые ветки, пасть аллигатора – лишь веселая забава для грудных детей.

Андрей выстоял. Щит зазвенел, точно в него на всей скорости врезался локомотив; ноги от удара проехались добрых метров пять; из груди танка вырвался удивленный выдох, но он выстоял. И теперь стал медленно, потихоньку, отходить к нам, а в разъяренного панцирхета уже летели стрелы, молнии и огненные шары. Файерболил Марк, тогда как Хло остался верен себе, используя родную магию. Правда, создавалось впечатление, что наши атаки причиняют мобу лишь временные неудобства, и не более.

Получен талант «Бронебойность», уровень 9.

Получен талант «Снайпер», уровень 4.

Я аж лук опустил, рассматривая, куда именно там попал. Что называется, наградили героя, а тот так и не понял, за что. Бронебойность ладно, но Снайпер так вообще зверь редкий, повышающий критический урон. Ну что, замечательно. Продолжаем.

Впрочем, музыка играла недолго. Поковырявшись минуты три, моб утробно промычал и повалился на бок. Ни новых талантов, ни уровня мне не отсыпали. А так хотелось.

Не успел я как следует расстроиться, как услышал встревоженный крик Теосфера.

– Двое сагрились! – заорал лучник.

Его взгляд был обращен ко мне, что было неслучайно. За время боя панцирхет продавил не только танка, но и наши ряды. Группа постепенно разворачивалась, не сводя взгляда с моба, и оказалось, что именно наш тыл теперь располагался ближе всего к пасущемуся стаду.

Сама гибель животины, по всей видимости, пагубно повлияла на моральный дух ее сородичей. Одинокий панцирхет хоть и не пользовался популярностью, в нарды по вечерам на скамеечке его играть не приглашали, на дни рождения и юбилеи не звали, но все же он был свой сукин сын. А мы нет.