Верравия. Ключ Отца

– Кирилл, опаздываешь! – закричал он, увидев меня.

Вот ведь, как сглазил. Не нужен я ему, как же. Хотя любопытно: полмесяца работали душа в душу – он писульки свои чиркал, я в телефоне сидел – и вдруг чудесному симбиозу пришел конец. Интересно, что стряслось.

– Здравствуйте, Владлен Карлович. Извините, на кафедре задержали.

Вот я хорош, соврал и даже глазом не моргнул. Впрочем, Франкенштейну, похоже, все равно. Он махнул рукой, и мы пошли в «Лабораторию №4», а попросту бывшую лекционную, заставленную всяким хламом.

– Ты ученый человек и должен жить наукой. Должен идти ради нее на жертвы, возложив себя на алтарь физики.

– Да какая физика мне, Владлен Карлович! Я же историк!

– Да? – Франкенштейн искренне удивился. Задумчиво почесав свою плешивую голову и поправив очки, он продолжил: – А я думал… А курс какой?

– Четвертый.

Францевич задумался. Да, с прибабахом профессор.

Пока он молчал, я от скуки принялся рассматривать знакомый незатейливый интерьер: чудо-лазер, купленный на какой-то грант и ни разу при мне не включавшийся, стопка журналов, аккуратно сложенных друг на друге, новый игровой компьютер… Компьютер?! Я глазам не поверил: на запыленном столе действительно стоял широкий экран, а внизу мирно гудел огромный системник.

Я не спец, но, судя по тому, что комп тянул «Верравию» – а на мониторе светилась именно она – слабым его не назовешь. Стоп! «Верравия»? Да что ж за день сегодня такой? Просто уму непостижимо. У Франкенштейна, оторванного от жизни на сто двадцать процентов, вдруг ни с того ни с сего появляется игровой комп с самой дорогой и популярной во всем мире игрушкой. Дело запахло керосином.

– Владлен Карлович, а вы «Верравию» купили?

– Друзья дали. – Профессор покопался среди своих бумаг и протянул мне пустую коробку от диска.

Я взял в руки эту пластиковую святыню и аккуратно перевернул. На обороте было написано: «Верравия: Тойрин. Настало время отправиться через Великое Море на загадочный и древний остров Тойрин, вотчину воинов драманов.

Здесь все еще живы старинные обычаи черноглазых, а общины не любят чужаков. Ходит предание…»

– Кирилл, – сказал Франкенштейн, забирая у меня коробку, – у тебя еще будет время познакомиться с игрой.

– Серьезно? Офигеть. А где шлем-то?

– Нам он не нужен.

М-да, недолго музыка играла. «Верравия» – не обычная игрушка, она сделана исключительно под виртуальный шлем. Говорят, эффект погружения потрясающий – игроки чувствуют боль, осязают запахи, ощущают вкус.