Уникум. Тайная дверь

Но наконец и он оделся, закинул учебники в рюкзак и с тяжелым вздохом махнул нам рукой.

Свежесть осеннего утра пробрала насквозь, заставляя окончательно сбросить оковы сна. Я глубоко вдохнул аромат прелых листьев, перемежающийся с сырой землей, и ощутил себя по-настоящему живым. Вокруг меня к столовой брели невыспавшиеся ученики, мысленно проклиная все и вся, и только я был рад здесь оказаться.

– Сядем вон там, – Дима указал на места возле входа.

Столы уже оказались накрыты. От тарелок с геркулесовой кашей шел пар, вареные яйца были еще горячие, рядом со сливочным маслом лежал нарезанный и поджаренный белый хлеб.

Только теперь я понял, что чертовски хочу есть. Ночные бутерброды не спасли, а лишь раззадорили аппетит.

Обжигаясь горячей кашей, я рассматривал помещение. Столы расставлены буквой П, причем в вершине собрались преподаватели. Я ожидал увидеть каких-нибудь чудаковатых стариков в мантиях и с палочками, но нет. Большей частью учителя оказались не старше моего дяди Коли, а некоторые и вовсе выглядели только что окончившими эту школу.

Из всех присутствующих я знал лишь Елизавету Карловну – ту тетку, которая оказалась заведующей, – и Козловича.

Закончив с учителями, я принялся за обучающихся. Народу было предостаточно – около трех десятков парней и девчонок. И остальные все прибывали. Видимо, многие, как и Рамиль, любили поспать.

– Мне казалось, что здесь больше людей, – признался я соседям, намазывая масло на третий хлеб и нацелившись на стакан с какао.

– Второй курс в другую смену учится, – отозвался Дима, – третий обычно после нас ест, но там непонятно.

Они же выпускники. Бывают дни, когда вообще в Башнях не появляются. А бывает, когда и ночью оттуда не вылазят.

Наш разговор прервала смеющаяся группа из шестерых учеников, появившихся у входа в столовую. Если остальные старались не шуметь, то эти будто нарочно вели себя вызывающе. Две девчонки и четверо пацанов – а гвалта, как от целого класса. Один из проходивших мимо заметил меня и начал шептать что-то остальным, изредка глядя в нашу сторону и противно скалясь.

И почему мне это уже не нравится?

– Макс, пожалуйста, не смотри на них, – Рамиль склонился над тарелкой так низко, точно пытался гипнотизировать остатки каши.

Вот ведь закон подлости. Пока сосед это не сказал, мне даже интересно не было. А теперь я не мог отвести глаз от появившейся шестерки. И судя по сердитым взглядам, им это не особо понравилось.

– Кто это?

– Высокородные.