Уникум. Практикум

Я пожал ее, но меня не покидало какое-то странное ощущение, словно что-то идет не так. Ладонь у Бориса оказалась мягкая, теплая, даже нежная, что ли.

– Максим. Мы, скорее всего, тут ненадолго. А что, говорят, у вас местных кто-то убивает?

– Да кто убивает? – пожал плечами Борис. – Волки. Видели тут стаю. Оттого Сергеич и в область едет, патроны купить. Вон оно как, – он показал рукой на дома позади, – все сидят, носы боятся высунуть, не то что в лес пойти. Вы бы, кстати, тоже не ходили.

– Нам нельзя, у нас работа, – я начал вживаться в роль.

 – А вы чего, не боитесь?

– А чего мне бояться? Я свое пожил. Да и мясо у меня жилистое. Волкам не понравится.

Перекинувшись еще парой фраз, мы условились, мол, если нам что понадобится, мы смело можем беспокоить Бориса. Он вроде как рад будет, совсем одичал в этой глуши.

– М-м, что за запах? – спросил я, когда вернулся.

– Блины, – ответила Зыбунина.

Пока мы вели светскую беседу с аборигеном, Катя успела забрать пакет и пойти готовить завтрак.

Теперь на двух огромных чугунных сковородах она жарила блины. Запах стоял такой, что живот жалобно заурчал.

– Чайник ставь, – сказал я Рамилю. – И заваривай наши остатки. Надо экономить. А вечером, в самом деле, к этому Сергеичу сходим.

Румяная стопка росла на глазах. Катя как-то успевала еще смазывать блины маслом, проявляя чудеса ловкости.

– Давно я блинов не ела, – за столом оказалась Терлецкая.

– Ты возьмешь их из рук ведьмы? – с издевкой спросила Зыбунина.

Светка закусила губу, но ничего не ответила.

Оно и понятно, быть гордой девушкой с принципами лучше всего на сытый желудок. Но мне было не до того. Рамик, которого еще Якут замечал на следопытстве за хороший глаз, придвинулся и зашептал на ухо:

– Стремный этот Борис какой-то.

– Чего стремного?

– Видел усы у него? По бокам седые, а в середине желтые. Так бывает, когда человек много курит.

– Согласен. Курение – страшное преступление.

– Ты не понял, усы у него желтые, а ногти на пальцах – нет.

У меня картатай всю жизнь курит, я знаю, о чем говорю.

– Кто курит?

– Дедушка по-вашему.

– Ну мне он тоже показался странным. С другой стороны, продуктов дал.

– Ты видел, как он на Светку смотрел?

– Ну она девка красивая, – я пожал плечами.

В этот самый момент Катя пристально посмотрела на меня. Аккурат между переворачиванием блинов. Услышала наш шепот, что ли? Одно слово, ведьма.

Ели мы молча. Во-первых, и говорить особо не хотелось.