Уникум. Практикум

– Лиховетцы неприметные, надо двигаться медленно, иначе можем их попросту не заметить, – командовал я на очередном задании.

– Тихо? – усмехнулся Куракин. – Смотри, грамотей, вот их как ловят.

Саша вытянул руку и указал на Аню Горленко, которая, растеряв всю высокородность, гналась за мелким, чуть выше колена, человечком – одним из злых духов, только, в отличие от того же банника, действительно пакостником. Не сильно вредный, убить не убьет, но помучить сможет. Коршун сказал, что задание пройдет тот, кто поймает больше всего лиховетцев.

И вроде Куракин все говорил правильно, так почему у меня какое-то плохое внутреннее предчувствие?

– Он приведет к остальным, – сказал Саша и бросился то ли за лиховетцем, то ли за Аней Горленко.

– Подождите, тут что-то не так! Лиховетцы прячутся, а не бегают по лесу!

Это я уже крикнул вслед своей шестерке. Точнее, тройке. Зыбунина, подобно Хатико, осталась рядом, а Рамиль с зевающим видом глядел на спринт высокородных. Этот, не получив прямого приказа, палец о палец не ударит.

Но все-таки мне пришлось шагать за Куракиным. Хорошо, что недолго. Его я обнаружил в небольшой ложбинке уже собирающимся применить заклинание против испуганной Ани.

– Только попробуй, – негромко сказал я.

– Она нас за нос водила! – гневно шипел он. – Нет тут никакого лиховетца. Это Морок, ею же и созданный.

– Брат сказал увести вас обманом подальше от оплота лиховетцев, – Аня искала во мне защиту. – Они в лесу.

– Все правильно, – я понял, что мы в очередной раз провалили задание.

 – Молодец, Куракин.

– Это твоя идея была побежать за ней, – парировал Саша.

– Что? – я не нашелся что сказать, настолько тупой и очевидной была ложь.

– Да пропусти уже, – высокородный оттолкнул меня, – только время здесь с тобой потеряли.

Я задыхался от возмущения. Одна команда, да? Должны слушаться лидера, да? Куракин с Аганиным имели на это свое веское мнение. Что до остальных – они вроде и слушались. Ключевое слово – «вроде». Терлецкой, видимо, действительно тяжело далась смерть отца, потому что она напоминала живого зомби.

Приказ получен – приказ выполняется. И зачастую плевать, кто его отдал. Зыбунина так и вовсе чуть ли не из юбки выпрыгивала, чтобы выслужиться. Чуть ли не в рот мне заглядывала. Оттого выходило еще хуже.

Как ни странно, но главной моей опорой стал Рамиль. Он не тушевался, возражал, когда ситуация этого требовала, однако уже принятое решение не оспаривал. Правда, к первому практикуму нас это не приближало.