Уникум. Беллум

Дисциплинирует, так сказать. И на встречу с руководством необходимо надевать форму.

– А у нас сегодня встреча с руководством?

– А я, по-твоему, кто? – удивился моей наглости Четкеров.

– И что за повод?

– Конец месяца. Пора сдавать план.

Вот уж о чем я совсем забыл. Забавно, но, находясь на службе, я делал все, кроме выполнения плана. Этим занимался исключительно Черныш. Мне лишь приходилось собирать тела за ним. Но все же о задании Четкерова я помнил, поэтому сразу повел его в хлев.

– Почему они в таком странном состоянии? – скривился Павел Сергеевич.

 – И где головы?

– У меня такой метод охоты: взрываю головы, тела сушу, – соврал я. – Чтобы лучше хранились.

– М-да-а-а… – протянул Четкеров. – Так, пара чучунов, чотгоры, а это что, хумайя? Хорошо сохранились, все перья целые. Где ты ее нашел?

Я не стал говорить, что за этой птичкой пришлось путешествовать на теневике в Монголию. Черныш, кстати, к моему сбору трупов относился скептически, смотря как на некрофила. Зато хумайя являлась сверхопасным существом, что мне было только на руку.

– Так, план выполнен, – посчитал Четкеров убитую нечисть. – Новый я пришлю на днях. Эти останки изымаю. И, Кузнецов… попробуй взрывать непосредственно тела. Головы намного проще транспортировать.

– Постараюсь, – честно соврал я, понимая, что есть теневика по-новому вряд ли научу.

Пространственный карман Павла Сергеевича оказался более чем вместителен. Туда он сгрузил все трупы. Ну, почти все. Хорошо, что не мы не стали залезать в подпол.

Там мертвечины было еще больше. Я справедливо решил, что если выбьюсь в передовики производства, то ничего хорошего мне это не принесет. Разве что только план повысят. А кому оно надо? Как известно, больше всех в колхозе работала лошадь, но председателем она так и не стала.

Четкеров уже собрался отбывать восвояси, даже начал кастовать заклинание перехода, но в последний момент остановился. Он замер, будто прислушиваясь, и лишь спустя несколько секунд я тоже уловил тихие, крадущиеся шаги.

Довольно знакомые. Только теперь гость был не один.

– Как у тебя с местными? – спросил Павел Сергеевич.

– Полное взаимопонимание, – ответил я. – Я не лезу к ним – они ко мне. А так ли уж надо было делать меня участковым по легенде?

– А кем ты хотел бы быть? Фельдшером? Тогда бы видел немощных чаще.

Вскоре мы заметили Болата, который шел неторопливо, таща с собой внушительный потертый чемодан. Но тяжелая ноша нисколько не смущала старосту.