Сердце Империи

Так что проблема решится сама собой.

Непотопляемый посмотрел в сторону сокровищницы и согласно кивнул. Допер наконец-то.

– Что продавать будем? – поинтересовался он у меня.

– А вот это я сейчас расскажу.

* * *

Москва, башня «Эволюция», кабинет владельца компании Verravia Corporation Гурьева Михаила Геннадьевича

Человек не уходил. Причем Еж понимал, что он стоит там, внизу, специально, чтобы подразнить его. Теперь эта мразь неотступно преследовала его. Именно его, а не Геннадьича, что было само по себе странно.

Не помог ни заход через знакомых ментов – крыша у этого инкогнито оказалась сильнее, – ни приватный разговор «один на один». Ребята Ежа вчера взяли козла, помяли для проформы, документы проверили. Только все зря, потому что не существовало в природе этого Сидорова Ивана Петровича. Зараза, и имя взял, будто насмехаясь над ним.

Павла бесило то, что он не знал, для чего нужен этот цирк. Наружку можно было пустить так, что Еж бы никогда ее не заметил. А этот, напротив, будто провоцирует.

Да нет. Бред какой-то. Если хочет повлиять через него на Геннадьича, то план не сработает. Старик легко жертвовал фигурами и обладал большим влиянием, чем его собственный начальник безопасности. Сметет его с шахматной доски и не заметит. Сам Геннадьич любил повторять слова Сталина, что незаменимых нет.

Заразить старика паранойей? Тоже мимо. Еж пока ничего не говорил шефу по поводу незнакомца, тот и так замкнулся в себе – в игре все идет не блестяще. Казалось, что виртуальность поглотила старика намного сильнее, чем многих геймеров.

– Вот ведь хитрая сука, – слова шефа вывели Ежа из раздумья.

Павел отвернулся от окна. Перед шефом, вытянувшись в струнку, стояли коммерческий директор и главный аналитик, а сам Геннадьич… смеялся.

– Ты слышал, Паша?

– Что именно? – напрягся Еж.

– Эта сука нам наши же оружие и броню хочет продать.

– Вот как? – на автомате ответил начальник службы безопасности, хотя так и не понял, о чем речь.

– А мы согласимся, – не переставая смеяться, ответил шеф. – Он думает, что это игрушки. Посмотрим, что он скажет, когда мы подойдем к Йорану и возьмем его за яйца.

– Михаил Геннадьевич, мы не потянем это по деньгам, – встрял коммерческий, – мы и так, как бы сказать, в минусах.