Пятый обруч. Кехо

Спрашивать сейчас было несподручно, поэтому Юти решила разузнать все попозже.

Наконец очередь дошла до них. Проводник даже не спешился, бросив короткое: «Мы люди Караванщика». Видимо, он рассчитывал, что этого должно хватить. Однако егерь не торопился пропускать их. Больше того, он медленно подошел именно к повозке, на которой сидела Юти.

От взгляда внимательных цепких глаз у девочки все похолодело внутри. Егерь был опытным воином, убившим немало тварей Скверны. Об этом свидетельствовали татуировки на его лице.

Длинная сколопендра изгибалась от щеки до самой брови; степной волк смиренно затих на шее; брюхогрыз покоился у левого виска, чуть забравшись на лоб клыками.

Всего Юти насчитала шестерых тварей, с которыми столкнулся егерь. Из всех схваток он вышел победителем и принес трофеи главному егерю. Только после этого Одаренные охотники могли поступать на обучение егерскому делу и наносить на себя татуировки убитых зверей. Чтобы каждый встреченный путник понимал, кто перед ним.

Призрак смотрел на Юти красноречивым взглядом. Он будто говорил ей: «Меня не обманешь, я все знаю». Когда егерь протянул руку к ней, сердце Юти готово было вырваться из груди раненой птицей. Однако Призрака остановил гневный окрик мастера. Юти в очередной раз убедилась, что старик использовал не способность кехо. При метаморфозе менялся и голос. Значит, это что-то из арсенала сиел. Волшебство, ей не доступное.

– Только попробуй тронуть мою дочь, безродный!

– Вообще я глава райдарской стражи, – побагровел Морац Кер.

 – И выступаю от имени Наместника. Мы ищем…

– Мне плевать, кого вы ищете. Хватило того, что ты отнял наше время, – отрезал учитель, хотя в данный момент он замечательно отыгрывал роль рассерженного южного торговца. – Твое слово ничего не значит после смерти Наместника. И даже если бы он был жив, разве ты не заметил камни на наших шеях? Только стражник с желтым камнем может прикасаться к нам.

Как ни была напугана Юти, она невольно восхитилась наглостью мастера.

Хотя формально он был прав. Обычная стража могла арестовать обладателей желтых и красных камней по приказу либо Императора, либо его Наместников. Или в случае, если кто-то из блюстителей порядка сам был амиста, а таковыми являлись лишь Серебряные Вороны, избранная стражасамого Императора.

Егерю нечего было ответить рассерженному торговцу. Морац Кер готов был растерзать наглого толстяка. Однако делать подобного было нельзя.