Миля дьявола

Но чем мешали руки?

Гилмор удивленно взглянул на доктора.

– А все остальное здесь вам кажется логичным?

– Я ищу алогизмы, мой друг, исходя из существующего положения вещей. Если произошло такое гнусное преступление, следовательно, для нашего насильника оно вполне логично и укладывается в его видение жизни. Наша задача – постараться понять ход его мыслей, угадать его желания, возможно даже, почувствовать сопричастность с ними. Те же детали, которые, видимо, выбиваются из такой пусть даже извращенной логики, мы обязаны определить и разгадать их значение.

– Вы серьезно?

– Вполне.

– Ладно, – Гален пожал плечами, но достал блокнот и карандаш. – Учтите, это будет схематично.

– Если мне не изменяет память – в газетах писали о продолжительной болезни мисс Моллиган?

– Да, – подтвердил инспектор, делая наброски в блокноте.

После того, как Аттвуд выпрямился и соскочил с подиума, на котором находился гроб, а инспектор сделал рисунок, они еще около получаса исследовали полы в усыпальнице, а также территорию вокруг нее. Но ничего более не обнаружили. Валентайн попросил взглянуть на изображение отпечатка от обуви. Несколько похожих отметин еще сохранились подле входа в крипту, и еще один след оказался в пыли сразу за порогом внутри склепа. Судя по размеру и рисунку подошвы (гладкая с едва различимыми поперечными полосками), отметины не принадлежали обуви доктора Аттвуда, Галена Гилмора и смотрителя кладбища.

– Однако такая подошва и размер у доброй половины мужчин Лондона, – с разочарованием в голосе отметил доктор. – К тому же этот след может принадлежать кому-то из похоронной процессии.

– Вы правы насчет распространенности подметки, Валентайн. Что же до остального – то отпечаток относительно свежий, тогда как других я не обнаружил.

Когда на Хайгейтском кладбище было закончено, Аттвуд и Гилмор, сев в экипаж, направились к графине Уэйнрайт.

– Держите язык за зубами, – жестко приказал инспектор смотрителю кладбища перед отъездом. – В противном случае упеку в одиночку «Пентонвилла» в два счета!

– Конечно, конечно! Могила! – испуганно подобострастно кивнул Метью Такер и перекрестился.