Квайрид: Безмолвие Тьмы

– Ладно, на сегодня все, – воскликнул Бервульд, – Кэссади, ты придешь сегодня глянуть бой воинов из золотой лиги на арене? Там будет Круция, ты ведь вроде пытался ухаживать за ней после расставания с Фурией.

– Вот именно, пытался. Спасибо за приглашение Бервульд, но у меня дела. Рад был тебя видеть, старина.

2

Ведунья меня не подвела. Она достала корень лореаны и даже отдала его мне бесплатно, так сказать по-дружески. Не то, что корень редкий и дорогой, просто в Алазии его сложно достать, и в целом он никому не нужен.

Я сжег корень, добавил к праху пару капель крови Фурии и тщательно все перемешал. Черный прах действительно стал полупрозрачным, удивительная картина. Теперь надо к Элае, и во всем убедиться самому.

Кое-как минуя охрану, я все же пробрался в Большую Палату. Не все стражники еще, видать, в курсе, что меня уволили, и мне нельзя здесь находиться. Пробравшись на верхний этаж к кабинету Элаи, я остановился у ее двери и вдруг подумал – ну она же явно не даст к себе дотронуться.

– Кэссади… что конкретно ты не понял, когда я сказала «ты уволен»?

– Мне все понятно госпожа, просто… – я снял с шеи цепочку с кулоном в виде круга с острыми кончиками. Это символ высших эльфов, который носят все стражи бастиона.

– Оставь его себе, и больше не появляйся у меня на глазах, – проговорила она с раздражением и вернулась обратно в кабинет.

Ну это точно на нее не похоже. Элая всегда забирает кулон, если кого-то увольняет. А этой твари, которая захватила ее разум, вообще хоть бы хны. И к тому же, ручка двери приобрела темно-красные оттенки. Все сходится.

– Разруби меня Баракрон, а поганец то был прав.

– Что ты здесь делаешь? – напугал знакомый, глухой голос за спиной.

– Дариус твою налево, хватит ко мне подкрадываться. Я просто отдал Элае кулон стражника, и я уже ухожу. Не волнуйся, больше ты меня здесь не увидишь.

– И это очень даже хорошо, не хочу тебя калечить.

Дариус без стука зашел в кабинет к Элае, а я помчался в тюремный блок, который находится прямо в этом здании под землей. Надеюсь, поганый еще там и его не казнили.

– Ну что, убедился? – спросил он без всякого приветствия.

– Ты был прав клоун.