Потоп

Хулиган, разбивший цветочный ларек, его мало интересовал. Неверро взял фотографию, что лежала перед милиционером, и посмотрел на человека, изображенного там. Оперативник мрачно перевел свой взор на столь нахального задержанного.

– Он сейчас курит кубинскую сигару и попивает мартини. Через двадцать четыре часа покинет город, а еще через сутки улетит из страны, – заметил Бальтазар Неверро.

– Где он находится? – нервно расстегивая ворот рубахи, спросил милиционер.

– У женщины, ее зовут, – он еще раз взглянул на фото, – Марина, она его любовница.

– Какие у нее особые приметы?

– Большое родимое пятно. На внутренней стороне

бедра.

Опер посмотрел недоверчиво на Крякина.

– Она живет на улице Гашека, 27/2. Торопитесь, билеты уже куплены, выездные документы оформлены.

Неверро взял со стола хозяина кабинета пачку «Бонда», сунул сигарету себе в губы, скосил глаза на ее кончике – и она задымилась.

– Экстрасенс? – недоверчиво спросил оперативник.

– Что-то вроде того, – не стал спорить Бальтазар Неверро.

– Хе-х, – усмехнулся милиционер, быстро набрал какой-то номер по телефону и громко приказал. – Оперативную группу на выезд. Гашека, 27/2. Будем брать Никитина.

Достав из ящика стола пистолет и сунув его в кобуру, пристегнутую под мышкой, он выскочил из кабинета, бросив напоследок:

– Мухин, разберись с гражданином.

Бальтазар Неверро никогда не позволял никому с собой разбираться. Он решительно взглянул во влажные меланхоличные глаза Мухина и все понял.

– Никак? – спросил Бальтазар с интересом.

Мухин грустно покачал головой.

– А сушеные головки лягушек, толченые в папоротниковом настое, не пробовали? – спросил задержанный.

Лицо Мухина озарилась слабой надеждой.

– Лягушками? – недоверчиво спросил он. – А поможет?

– Нет, я мог бы предложить тарантулов или скорпионов, жаренных на ананасовом масле, но, как я понимаю, климат не тот.

Бальтазар Неверро поднялся.

– Да и вообще, друг мой, городишко у вас неважный. Я бы его разграбил, сжег, а жителей продал в рабство.

Словно иллюзионист, завершивший фокус, он щелкнул пальцами и беспрепятственно покинул помещение. Перед уходом он взял с собой из кабинета цветочный горшок, в котором до того момента в мире и благоденствии проживала фиалка. Через три дня милиционеры обнаружат горшок за зданием городского отдела милиции разбитым, а сам цветок мертвым.

Ночь стремительно настигала этот городишко, мчавшийся во Вселенной на окружности земного шара.