Интеритум

Девушки охнули, Патрик неистово перекрестился, а Брайан лишь хмыкнул и с кривой усмешкой произнес:

– Отчаянный ты мужик, док.

– Надо же чем–то точки отмечать, – извиняющимся тоном произнес Эрих. – А ягод, из которых можно добыть сок, поблизости нет. Вот я из себя сок и выжал.

– Как это цинично звучит! – с негодованием произнес Патрик.

– Я врач, цинизм – это профессиональная деформация личности, – ответил Эрих на выпад Патрика, что–то чиркая кровью на карте. – Ну вот, как–то так.

Все собравшиеся склонились над творением доктора, внимательно рассматривая новый маршрут.

– Я ничего не понимаю, – резюмировала Хелен, – но я полностью вам доверяю, мальчики!

– Хм, – Брайан одобрительно повертел головой. – Выбрасываем одну локацию, срезаем два угла, экономия почти целый день.

– Да, посещаем только три локации: «Lib.» – «Inc.» – «Pig.».

– Ты точно сможешь пройти такое расстояние со своей ногой? – озабоченно глядя на Эриха, задал вопрос Патрик.

– Мы сейчас дойдем до локации «Lib.», она, по моим прикидкам, километрах в шести ниже по течению, как раз к закату доковыляем. А за ночь отек спадет и будет намного легче.

– Хорошо, тогда можешь смело опираться на меня, – Патрик подставил свое угловатое юношеское плечо Эриху, под улыбающимися взглядами попутчиков.

– Спасибо, я вот только фляги захвачу, чего добру пропадать, – Эрих нацепил на себя три фляги под непонимающими взглядами окружающих и, воспользовавшись предложенной помощью Патрика, повел свой маленький отряд в направлении локации, обозначенной на карте как «Lib.

Глава 3

– … я вывернул на проезжую часть и тут в мой автомобиль врезался грузовик, – окончил рассказ Эрих и остановился, чтобы поправить сползшую повязку на ноге.

– Эрих, а я ведь в юности легкой атлетикой занимался, – Патрик стоял рядом с Эрихом и, прищурившись, смотрел на красный шар заходящего солнца. – Бегал на короткие и средние дистанции.

– Ну–у–у, – Эрих обозначил голосом, что внимательно слушает Патрика, продолжая перебинтовывать ногу.

– А потом глупая и ужасная травма, порвал ахиллесово сухожилие и на всю оставшуюся жизнь остался хромым.

– Да ну, – Эрих закончил с повязкой и распрямился. – Сухожилия можно было сшить, период реабилитации, конечно, достаточно большой и сложный, но тем не менее. Бегать, может быть, и не смог бы, но от хромоты точно избавился.