Аро. Часть 3

Что происходит?» – Аро попробовал шелохнуться, ожидая от себя такого же медленного движения. Однако он за мгновение оказался в сотне метров от Бига.

«Ух ты! А что, если…» – он усмехнулся – и тут же материализовался у молниемага за спиной.

Молния продолжала лететь к месту, где уже никого не было. В небесах застыл орёл. Шустрая рогатая стрекоза, неспешно вздымая свои восемь чешуйчатых крыльев, грациозно делала вираж, уходя от преследующего её стрижа.

Винг застыл, будто статуя.

«Он беспомощен! – осознав собственную мощь, мысленно возликовал Аро.

 – Могу убить его прямо сейчас! И как я не видел в себе столь могучую силу?!»

Аронис приблизился. С каждым его движением время всё сильнее замедляло ход. Заряд молнии остановился, стрекоза замерла в миллиметре от клюва стрижа, а Биг не дышал. Ногтем Аро провёл по несокрушимой кирасе молниемага, вскрывая её, словно лист бересты.

– А что после? – донёсся из ниоткуда незнакомый голос.

Юноша остановился, с опаской озираясь по сторонам.

Воздух загустел и приобрёл темноватый оттенок. В трёх метрах – там, где стоял сам Аро, – осталась его собственная тень, вырванная из мрака ночи приближавшейся молнией. Теперь тень зажила собственной жизнью. Она поднялась с земли да приобрела очертания старца. Его окружал ореол могучей силы, а еще веяло от него безграничной мудростью.

Воспитанный в уважении к седине, Аро приложил руку к сердцу, низко поклонился и отвечал:

– Дальше выполню задание.

Тень на шаг приблизилась.

– Запачкаешь руки кровью невинного?

– Не, ну я как-то не думал, что прям-таки убью. Может, чуть-чуть поколочу, для острастки!

– Ты помнишь свои мысли, когда висел над Бигом, не в силах ничего сделать, и твой велизарный щит распадался?

– Ещё бы, конечно, помню. Я думал, мне конец.

– И что ты сделал?

– Признал, что был неправ. Потом вверил жизнь старым богам…

– И что произошло?

– Да какое тебе до этого дело, старик?! Кто ты такой вообще, чтоб душу мне мытарить?!

Тень приблизилась ещё на шаг, и голос ее понизился до зловещего шепота.

– Возможно, я твоя совесть, а возможно, и твой палач, кто знает. Такие, как ты – упрямые ослы, не желающие учиться на чужих ошибках с упорством безумного, – совершают собственные. Мне даже делать ничего не придётся, если останешься таким и далее. Ты просто сам загонишь себя в могилу.