Медсестра. Сборник произведений

– Проходи, – сказала она тихо, – сядь вот сюда и говори только шепотом! Затем подошла к двери и закрыла ее на крючок. Взгляд ее стал серьезным и тревожным.

– Тебя никто не видел, когда ты шел сюда?

– Нет. Все спят. Уже поздно.

Она подошла к окну и задернула занавески.

– Сама не знаю, что делаю, – прошептала она, опустив голову.

Задумчиво взглянув на меня, она сделала несколько шагов и остановилась в нерешительности.

– Не думала, что все зайдет так далеко, – сказала она, пожав плечами, – только смотри, никому не рассказывай!

Я замотал головой.

Она успокоилась, глубоко вздохнула, уверенной походкой подошла к шкафу и, открыв дверцу, повернулась и спросила с улыбкой:

– С бантиками или с ленточками?

– …с бантиками, если можно.

Она кивнула головой, достала коробочку и протянула ее мне.

– Какой цвет? Выбирай! – сказала Елена Ивановна и добавила поучительным тоном. – Цвет должен подходить к цвету волос и платья. Посмотри внимательно.

Я показал на белый клубочек.

– Правильно, – произнесла она мягко и, сняв заколку, распустила волосы.

– Хочешь, чтобы я накрасилась?

– Да, очень.

– Тогда помоги мне!

– А что надо сделать?

– Принеси мне вон ту маленькую сумочку, что лежит на подоконнике, – она показала рукой в сторону окна и загадочно посмотрела на меня. – Нужно сделать так, чтобы все выглядело необычно и торжественно. Ты же хочешь запомнить все, что я покажу тебе?

Я растерялся, видя столь решительные приготовления, и лишь кивнул головой в ответ.

Всего-то, каких-то 2—3 штриха кисточкой, провести помадой по верхней губе и размазать, сомкнув с нижней. Но какой ошеломляющий результат!

– Уже все? – спросил я

– Еще нет. Можно навести тени, – она показала мне квадратную коробочку, похожую на краски, там с боку тоже лежала кисточка.

– Какой цвет тебе нравится?

Она стояла и, держа коробочку, пристально смотрела на меня.

– Вот – показал я пальцем.

– Этот цвет не подойдет, давай вот этот?

Я кивнул головой. Она взяла кисточку и, немного повозив ею по круглой формочке, закрыла один глаз и провела по веку несколько раз, затем, закрыв другой глаз, сделала то же самое.

– Держи зеркало повыше или давай я лучше положу его, – предложила Елена Ивановна.