Первый Джин

В его горящих глазах, да и во всем облике, чувствовалось что-то таинственное и притягивающее к себе, словно он обладал каким-то магнетизмом.

– Кушайте,– произнес Артур, и первым взял вилку в руки, хотя есть самому не хотелось. Волнение внутри него перебивало аппетит.

– Спасибо, но мне не очень хочется,– сказал Джасир.– Я, если можно, попью кофе. Я вас подожду, а потом начну разговор, ради которого мы, в принципе и приехали.

Феликс посмотрел на отца с волнением, сильно переживая за его реакцию, когда Джасир начнет ему выкладывать новости.

Артур поковырялся в тарелке, проглотив немного риса и съев пол котлеты.

– В принципе, можете говорить!– сказал он Джасиру, который не спеша попивал горячий кофе, наблюдая за Артуром.

– Можно?

– Да, конечно. Что там у вас? Говорите…

Все за столом перестали есть. Глаза были направлены на отца Феликса.

– Скажите. Артур,– не громко произнес Джасир,– Вы знаете о своей родовой принадлежности к клану Хранитов?

Артур Линштайн застыл, словно его прошило током.

Вилка выпала из его рук. Лицо побледнело. Он уставился на Джасира так, словно тот обвинил его в убийстве.

– К-к-кто вы?– проглотив слюну, еле выговорил Артур. Он замер, с широко открытыми глазами, которые, не отрываясь, смотрели в темно карие глаза аль Гази.

– Кто я?– не мигая переспросил тот,– Я отношусь, к очень древнему роду, близкому к роду Хранитов, то есть вашему. Вы не ответили, Артур. Знаете ли вы о том, что вы один из их потомков? Думаю, что знаете, судя по вашей реакции…

Артур молчал, превратившись в живую мумию.

Было слышно, как по гостиной летает муха.

– Папа,– вывел из оцепенения отца Феликс,– Произошла ужасная беда. Скажи, что ты Хранитель, так же как и…я.

Артур покачал головой. Рука его коснулась плеча сына.

– Знаете,– еле слышно произнес он,– Я всегда почему-то думал, что все это сказки, выдуманные истории, про джинов…

– Нет. Это не сказки,– сказал Джасир.– Вы -Хранитель. А рас так, то должны знать о существовании Бальфагора, могущественного Джина…

– Так значит, он существует?!– воскликнул Артур, уставившись на Джасира.

Одно веко его вдруг задергалось, он замотал головой, как человек, которого приговорили к смертной казни, потом вдруг вскочил со стула и заходил по комнате.

– Папа,– окликнул его Феликс,– Почему ты никогда не говорил мне, что я Хранитель?

Артур остановился. Руки его сжались в кулаки.

– Какое теперь это имеет значение сын,– растерянно прошептал он,– Господи.