Первый Джин

Что это? Сатана спустился на землю, что бы покарать нас всех, за наши грехи?– размышлял Ли Джонс. Сделав последнюю затяжку, он выкинул окурок сигары в окно.

Проснулся Рут. Потянувшись, он протер глаза и посмотрел на дорогу и на мелькавшие за окном деревья.

– Босс, прости, я уснул,– виновато произнес он, приподнявшись на своем сидении,– Не спал почти два дня.

– Ни чего!– успокоил его Ли Джонс,– Отдыхай.

– Где мы?– Рут оглянулся. Позади, метрах в пяти от них, приклеилась черная «бмв».

– Подъезжаем к нужному мне месту!

– Мы же вроде бы ехали в Гамильтон?

– Да.

– Ясно. А в Гамильтоне, что мы будем делать?

– В Гамильтоне?– скривил рот Ли Джонс,– У меня там есть хорошие подвязки. Порт контролирует мой хороший друг, Даг Лайманс. Ты его, вроде помнишь. Думаю, он нам, в случае чего поможет.

– В чем, босс? – усмехнулся Рут,– Я помню его. Сволочь еще та. Жадный, просто жуть. Он не надежный. И по последней сделке, ты сам говорил, изрядно нас надул.

– Ни чего. Разберемся!– отмахнулся Ли Джонс.

– Смотри, тебе виднее, босс.

Через несколько минут «бентли» пролетела отметку «Пироун- 2 км».

– Ну, вот мы и приехали!– радостно произнес Бульдог.

Вскоре кортеж из трех машин въехал в небольшой городок. Аккуратный, с чистыми убранными улицами, «Пироун» приятно радовал глаз, своими роскошными, раскрашенными в разноцветные тона двух и трех этажными домами. Светящиеся, неоновые вывески красовались чуть ли не на каждом шагу.

– Не плохое местечко, да?– бросил Ли Джонс.

– Да, приятное!– искренне удивился Рут, глядя на пустынные улицы,-Городок не плох. В таком можно было бы, и поселиться на пенсии. Вот только людей, почему то не видно совсем…

– Может, работают?

Машины припарковались возле трехэтажного здания с белой вывеской, на которой большими, зелёными буквами, красовалось выведенное слово «Банк».

– Возьми из багажника кейс!– сказал Ли Джонс Руту, открывая дверь машины и вываливаясь на улицу. Он прямиком направился ко входу в здание, подозрительно оглядываясь по сторонам. Людей и правда, нигде не было видно. Ни одной живой души. За Бульдогом, с черным кейсом в руке, следовал его начальник охраны. Через двадцать минут он оба уже спешили обратно. Ли Джонс снял со своего счета всю наличность, пятьсот тысяч долларов.