Месть Империи 2. Боги Севера

– Вы с ума сошли! Если вас кто-нибудь здесь увидит, мне конец!

Не шевелясь, фигура в кресле произнесла жестко и спокойно:

– Трудные времена требуют сложных решений. Пришло время возвращать долги, Парастидис!

– Я никогда не отказывался!

Банкира трясло – человек в рясе наводил на него животный ужас. Конечно, он узнал незваного гостя – это был Эрторий Данациус, глава верховного совета братства Астарты. Человек, проклятый церковью. Человек, за один разговор с которым Трибунал не только сожжет дом и его самого, но всю семью до седьмого колена.

Эрторий встал и прошелся по комнате:

– Не дрожи ты так, это неприятно! Я не пью кровь и не ем детей на завтрак.

– Я постараюсь.

Нуклеос, как смог, взял себя в руки, а Данациус остановился и повернулся к нему лицом.

– Ты много раз помогал нам, мы помним и ценим твою поддержку. Может быть, поэтому здесь именно я. Приоткрою тебе завесу будущего: очень скоро мир ждут большие перемены. И сейчас ты еще можешь выбрать, с кем ты – с теми, кто канет в небытие, или с победителями, с теми, кто будет править новым светлым миром?

Парастидис был купцом от бога, он моментально уловил момент, когда с ним начали торговаться, и, успокоившись, тут же включился:

– Когда сам глава братства делает такие предложения, я даже боюсь подумать, о какой сумме идет речь?

Гость улыбнулся, и в его голосе послышалась насмешка:

– Банкир есть банкир! Но ты прав – братству нужны деньги.

Эти слова совсем успокоили хозяина дома. Деньги – его стихия.

– Сколько? Сколько нужно братству?

Нуклеос изобразил само внимание, и Эрторий, не отрывая тяжелого взгляда от его глаз, произнес:

– Десять талантов сейчас и в два раза больше весной. Золотом!

От этих слов ноги подкосились, и банкир опустился на скамью у входа.

– Вы ничего не перепутали? Я не казначей императора. – Он утер пот со лба.

– Займи! Дом Парастидиса уважают. – Голос Эртория звучал так обыденно, как будто он говорил о чем-то давно решенном. Это даже возмутило Нуклеоса тогда.

– Допустим, десять талантов можно найти в Саргосе, но как только они узнают, что мне нужны такие деньги, проценты вырастут до небес.

Данациус резко оборвал эмоциональную речь Парастидиса:

– Бери под любые проценты! Я уже говорил – скоро это станет неважно.