Рваная линия жизни

Глеб скрутил с бутылки крышку, налил водку в гранёный стакан (да именно стакан, батя принципиально не признавал одноразовых стаканчиков и мелкокалиберных стопок), накрыл его куском чёрного хлеба с тремя кусочками сырокопчёной колбасы и поставил рядом с пирожными.

Налил себе.

–Мам, ты уж там батю не ругай. Мы по чуть-чуть.

Выпил не закусывая. Немного посидел. Налил ещё, но пить не стал.

–Простите, что не смог приехать.– Сказал парень и тут же поморщился. Кого он обманывает? Себя?– Просто простите.

Закурил.

Затянулся. Выпустил в воздух тугую струю дыма, и смахнул с глаз навернувшиеся слёзы. Тяжело терять родителей. И пусть с тех пор, как они умерли, прошло уже почти пять лет, но то, что их больше нет, Глеб ощутил только сейчас. Раньше это воспринималось, как что-то далёкое, ненастоящее, нереальное.

Сейчас же всё было по-другому. Чёткое чувство потери.

Нечто подобное он испытал, когда вошёл в пустую и пыльную квартиру, но по-настоящему проняло только здесь. Может сама атмосфера кладбища была тому виной, а может то, что блудный сын наконец-то вернулся домой.

–Что пялишься? Нравиться? Я на твоей могиле такой же нарисую.– Неожиданно прервал тягостные мысли грубый мужской голос.

Глеб заинтересованно обернулся. Совсем рядом от него, два бритоголовых хулигана в чёрных кожанках с металлическими вставками усердно малевали на ржавом железном памятнике с облупившейся красной звездой фашистскую свастику. Немногочисленные посетители кладбища осуждающе качали головой и проходили мимо, не рискуя связываться с вандалами.

Лишь одна женщина попыталась было вразумить парней, за что и получила хамскую отповедь.

–Ироды!– Женщина перекрестилась и поспешила прочь.

Глеб затушил сигарету и встал с лавочки, мысленно проклиная свой сложный характер. И почему ему всех больше надо?! Хулиганит себе молодёжь потихоньку, по большому счёту никого не трогает, не убивают, не бьют, ни насилуют. Так нет же, засвербела пятая точка в поисках приключений, заставила подойти к вандалам и как-бы невзначай поинтересоваться:

–Что рисуем?

Бритые парни в кожанках резко повернулись к незнакомцу, быстро огляделись и, убедившись, что он один, осмелели.

–Какие-то проблемы?– Ужасно гундося перебитым носом, угрожающе произнёс один из них.

–Пока не знаю.– Признался Глеб.

Он действительно не знал, могут эти двоя создать проблемы или кроме хамства и уголовных рож взять с них больше нечего. Однако чем чёрт не шутит. Тот, что первым заговорил, выглядел серьёзно.