Торговцы Удачей

Пока карты были те же самые, что и у его противника. Осталась последняя.

– Не может быть! – вырвалось у каторжника.

Собачка, но в золотом ошейнике! Это делало его комбинацию ровно на одну ступень выше.

Зрители стали смеяться, аплодировать и выкрикивать поздравления.

Сказать, что его оппоненты сидели мрачнее тучи, значит ничего не сказать.

– Не переживайте, господа, – улыбаясь во всю варежку и сгребая монеты, сказал гоблин. – Не везет в картах – повезет в любви…

Не успел он договорить, как каторжник наклонился, схватил его за тощую глотку и поднял над столом.

– Ты жульничал! – рявкнул он.

Его товарищи согласно закивали.

– Удача… дама капризная… надо уметь проигрывать… – прохрипел гоблин, суча ногами в воздухе и силясь разжать его пальцы.

– Ты мухлюешь! Вонючий крысоед! Никому не может так сильно везти! Ты где-то прячешь карты! Признавайся, блевотный выползень! – злобно крича эти слова, главарь шайки вертел его в руках, заглядывая в рукава, хлопая по карманам. Даже за воротник посмотрел.

– Я играл честно! Будь мужиком и смирись! – ответил гоблин, болтаясь в его руках, как тряпичная кукла.

– Ты сам скажешь, как тебе удалось надуть меня с парнями, жалкий лживый гоблин! Или лежать тебе сегодня в канаве с перерезанной глоткой, не будь я Сиплый Шаврун! – для сиплого, Шаврун орал очень громко и четко.

Неожиданно гоблин извернулся и ударил его ногой прямо в морду. Сиплый Шаврун его выпустил, и гоблин шустро юркнул под соседний стол, унося с собой деньги.

– Ах ты… – Сиплый Шаврун вскочил, но тут же упал обратно на стул.

Посетители таверны, до этого весело и шумно наблюдавшие за происходящим, умолкли.

В полной тишине Сиплый медленно поднял глаза к потолку, откуда прилетел кинжал. Крыша таверны держалась на множестве толстых деревянных столбов. Между которыми были балки. Как оказалось, вполне подходящие, чтобы на них разлечься. На одной как раз и расположился хозяин кинжала.

Она расслабленно сидела боком к Сиплому, спиной опираясь о колонну, одну ногу вытянув вдоль балки, а вторую согнув в колене. Глядя на неё, становилось ясно, что ей очень удобно и комфортно. Второй кинжал, точно такой же, как тот, что торчал в столе, она вертела в руке. Верхнюю половину лица скрывала тень темно-синего капюшона.