Дом номер ноль

Уверенный, чуть насмешливый взгляд, полупрозрачная, но одновременно закрытая блузка с большими белыми манжетами и золотыми запонками, широкий ремень Луи Вьютон поверх строгих черных брюк с низкой талией, изящные Cartier Tank на правой руке и кольцо BVLGARI там, где оно должно быть. Весь этот образ словно говорил: «Да, я знаю, что такое красивая жизнь».

– Разве мы перешли на ТЫ? – я оценивающе осмотрел ее сверху вниз.

– Продолжим наше знакомство позже. Может быть, – усмехнулась Маргарита, – а пока поднимись на третий этаж и дождись Платона в ресторане.

«Один ноль в ее пользу», – подумал я и неспешно направился к широкой лестнице, перила которой были инкрустированы стразами Сваровски в виде логотипов Bentley, Rolls-Royce, Ferrari, Lamborghini, Porsche. Интерьер салона был выдержан в духе Хай-тек с обилием черного керамогранита, стали и стекла.

И без того огромная площадь залов казалась бесконечной из-за зеркальных стен, в которых причудливо отражались силуэты настоящих мужских игрушек и подтянутых безликих охранников, стоящих по периметру здания, изредка едва слышно переговаривающихся в портативные рации.

Из спрятанных в стенах колонок ненавязчиво играл джаз, создавая расслабляющую атмосферу, а милые девушки с внешностью Кейт Мосс улыбались мне на каждом этаже.

«Неплохое местечко», – решил я, заходя в ресторан. Несмотря на время обеда, ресторан был пуст. Выбрав место в самом центре, я с удовольствием погрузился в мягкое кожаное кресло и раскрыл изящно оформленное меню. «Похоже, здесь ценят не только любителей роскошных автомобилей, но и истинных гурманов», – мелькнуло у меня в голове.

– На цены не смотри, я угощаю! – прозвучало у меня за спиной.

Я попытался встать, но мягкое кресло словно потянуло меня назад.

– Попав сюда, непросто выбраться обратно, – ответил я, не оборачиваясь и разводя руки в сторону, правую из которых тут же обхватила крепкая мужская ладонь.

– Как верно подмечено. Золотые слова!

Я поднял голову и увидел Его. Я представлял Платона совсем иначе.

Фотографии в интернете не могли передать весь тот энергетический заряд, который он источал. Он оказался высоким, крупным, чуть лысоватым мужчиной лет сорока пяти, с пристальным взглядом и широкими скулами. Не отпуская моей руки, он потянул меня вверх, помогая подняться, и по-отечески улыбнулся.

– Друзья зовут меня Платон. Возможно, когда-нибудь ты будешь называть меня также, а пока я для тебя – Платон Ефимович, – сказал он, ослабляя рукопожатие.