Николай Второй. Борьба с красным террором

Я пошевелился и яко бы случайно, уронил стоящий рядом на полу кувшин, который опрокинулся и из него вытекла вода.

Тут же проснулась японка в кимоно и бросилась ко мне протирать лицо влажной тряпкой.

От шума проснулся и Виктор Сергеевич, несколько секунд после сна пытавшийся понять, где он, а затем , резко поднявшись бросился ко мне, опустившись рядом на колени и заговорив очень быстро, ваше императорское Высочество, как вы себя чувствуете, что у вас болит? Вы можете говорить?

Я в ответ просто помычал и для пущей убедительности по вращал глазами в разные стороны и махнув медленно рукой, вынул нательный крест и неуклюже поцеловал.

Поняв меня правильно, Виктор Сергеевич метнулся к двери и прокричал, – Митрополита к цесаревичу. Срочно! И докторов позовите, очнулся наследник.

Через пять минут, в комнату стали заходить врачи и каждый пытался что-то сделать, спросит, потрогать. Один из врачей размотал часть повязки освободив второй глаз и я смог нормально видеть. Махнув рукой и показав жестом всех на выход, я добился что бы всех удалили.

Через десять минут вошёл Пожилой епископ в повседневном облачении.

– Я молился всю ночь за ваше здравие и Господь услышал мои молитвы. Как вы себя чувствуете Ваше Высочество?

– При…тся, Хра… Токи…, – корявя голос сказал я

Причастится Христовых Таинств в Храме, В Токио? – спросил он меня.

Я в ответ махнул головой и закрыл глаза. На самом деле моё самочувствие было не очень хорошим. Голова начала болеть и немного кружиться.

Митрополит обратился с просьбой к Виктор Сергеевичу с моими пожеланиями.

Опять были приглашены врачи и стали что, то обсуждать. Через пятнадцать минут дискуссий, мне всё надоело и открыв глаза я громко просипел, ХХРРААММ. И после этого опять закрыл глаза. В итоге после ещё десяти минут обсуждений, Виктор Сергеевич выгнал всех врачей из комнаты, наклонившись надо мной, робко тронул меня за плечо. Я открыл глаза и чуть прищурив осмотрел на него.

– Ваше Высочество, Николай Александрович, вы действительно хотите в Храм в Токио? Путь не близкий и займёт много времени.

В ответ я махнул головой. Постояв и подумав какое то время, Виктор Сергеевич Кочубей отправился отдавать распоряжения.

Путь в Токио занял несколько дней и запомнился сильной головной болью и постоянной тряской. Я периодически терял сознание и у меня запечатлелись только отдельные моменты.

Митрополит постоянно находился рядом со мной и читал молитвы, в том числе и на японском.