Поймай меня, Счастье!

Павле взял трубку и набрал мой номер, но было уже поздно, свой телефон я выбросил.

Деяна кинулась доставать запасы вина, а Сенка занялась закуской для опасных гостей.

Прошло более часа, когда у Кабана лопнуло терпение.

– Ну, чего он домой не возвращается? – спросил он у Сенки, – уже вон рассвет скоро, а мы тут сидим, его ждем.

Во время этих слов в комнату вошел Удав, отлучавшийся в туалет.

– А что за сумки стоят у вас в комнате? – спросил он, – думали сломаете нашу машинку и сбежите от нас?

– Египет! – вдруг завопила Сенка.

– Что? – вскочил с места Медведь доставая пистолет, – пока ты нам тут голову морочишь, этот гад в Египет решил от нас сбежать?

– Быстро за ним! – скомандовал Удав.

– С нами поедешь, – сказал Медведь, показывая пальцем на Сенку.

Как бы я хотел видеть эту картину своими глазами: трое располневших мужчин с выпученными глазами вылетают из подъезда, а их пытается догнать нарядившаяся на скорую руку женщина, в руках у которой два огромных чемодана.

– Ты зачем взяла с собою это барахло? – заревел Медведь, уставившись на Сенку.

– Еще не известно, как скоро вы его словите, а мне надо что-то носить. Тут все самое необходимое, – стала оправдываться Сенка.

– Медведь, а она нам точно нужна? – спросил, пытающийся словить такси на ночной дороге, Удав.

– Да кто, как ни она, знает привычки и интересы этого гада? Без нее, мы его в Египте точно не словим, – ответил Медведь.

– Да что ты там набрала такого? – со злобой выпалил Кабан, который решил ускорить темп погони и взял один из чемоданов в свои руки.

– Эй водитель, в аэропорт, – закричал Удав, пытаясь запихнуть чемоданы в маленький багажник.

Сенку посадили на заднее сидение между Удавом и Кабаном. Медведь же уселся спереди и без остановки стал названивать помощникам, чтоб те привезли в аэропорт паспорта его товарищей.

– Если нас на таможне из-за твоих чемоданов остановят, все сразу выкину, – шипел злой и запыхавшийся Кабан, – я плечо потянул из-за тебя.

Сенка же, видимо забывшая с кем она сидит в одной машине, со всего размаху влепила пощечину Кабану. Сразу же осознав, свой поступок, она принялась на всю машину кричать извинения и пытаться успокоить боль в том месте, куда Кабану попала её рука.

– Да я тебя, – взревел Кабал под оглушительный хохот его приятелей.