Убить топа 6. Запределье

Когда я вставил последние слова о наших флешмобах и протестах, воцарилось молчание.

– Так, Антон, – после паузы сказал Артем, – Спасибо, наконец-то мы до конца прояснили ситуацию.

Я с недоверием смотрел на создателя игры. Что, неужели для того, чтобы восторжествовала справедливость, нужно было просто прийти сюда и все рассказать?

– Сейчас будет большое совещание, – задумчиво протянул хозяин офиса, – Там будут люди, которым знать обо всем не надо. А уж тем более журналистам.

– Журналисты? – переспросил я.

– Да.

Мы пытаемся сгладить весь этот удар, который нанесла ситуация, сейчас все будет прозрачно. Вот это… – и он прокатил по столу флэшку Марине в руки, – светить не надо.

– А как же… – растерянно сказал я.

– Да вот так, Антон, не все можно рассказывать, – вздохнув, ответил Артем, – Иначе завтра проснешься, а ярлычка Патриама нет в вирте. И еще несколько лет ни у кого не будет, если вообще появится. Нас же только-только включили, как дисциплину, в программу Киберолимпийских игр…

– То есть, все та же политика? – недовольно поморщился я.

– Ну, да, Антон. Ты можешь все рассказать, и ты выиграешь. Ну, а последствия я тебе только что назвал.

***

На совещании я просидел, как в трансе. Там было намного больше народу, засветились сотрудники нескольких отделов. Я отвечал на вопросы в рамках тех границ, что мне определил Патрикеев.

Основной удар пришелся на бедного Тортугу. Админ скрыл многие факторы, воспользовался служебным положением, подвел компанию… С ним под одну гребенку пошло еще несколько админов.

Именно он подправил логи на тех знаменательных соревнованиях. То есть, чита не было, а была фальсификация, причем все только руками одного Тортуги. Руководство предложило в дальнейшем, во избежание таких случаев, больше независимых международных наблюдателей.

Кстати, после этого Артем Михайлович впервые принес мне извинения.

– Антон, наша компания искренне сожалеет, что так вышло. Мы понимаем, времени уже не вернешь, но лучше поздно, чем никогда.

Можешь просить о компенсации, и здесь мы пойдем на встречу, – улыбаясь, сказал Патрикеев и пожал мне руку, – То, что ты сам доказал свою невиновность, достойно уважения.

В тот момент я впервые вдохнул полной грудью. Все, я больше не читер. Марина улыбалась, глядя на меня, ведь с ее брата снималась часть подозрений. И мне потом даже все несправедливые решения показались мелочью.

А они были, эти решения…

Как я и ожидал, Мстители вышли из-под удара. Но не совсем.