Кто Мы

Я присоединяюсь к ним, – ответила Анабэлла, стоя посередине аллеи и под шорох листвы деревьев смотря на потухший дисплей коммуникатора в серебристом исполнении. В почти зеркальном дисплее отражался весь окружающий мир, а именно редкие кучевые облака, проплывающие по голубому небосводу, птицы, пролетающие в нём, высокое дерево за её спиной и её лицо, преисполненное решительности.

– Обстоятельства… – проговорил Кристофер Берковский. Подойдя поближе к дочери, взяв её за плечи и посмотрев в её загадочные глаза своим не менее таинственным взором, он нежным тоном добавил.

– Хорошо отец, исполню и проанализирую, – мило улыбнувшись, мягким тоном ответила Анабэлла, обняв отца за талию и прижавшись щекой к мощной груди главы семейства.

– Помни, Вы, дети мои – это поистине всё, что у меня есть и чем стоит дорожить на этом свете! – ответил Кристофер Берковский, вдыхая сладкий аромат своей дочери её духом и запах шампуня.

– Будем отец. Таков ведь наш рок. И мы не отступим! – проговорила Анабэлла, чувствуя то, как сердце отца забилось чаще.

После этого Анабэлла поцеловала в щеку отца и быстрым шагом пошла по аллее к роскошному дому. Время сборов пришлось перенести с завтрашнего дня на день сегодняшний. Хотя вещей особо брать не представлялось, лишь личные повседневные вещи и предметы гигиены, остальное предоставит агентство Современных Революционных Технологий и гостеприимный высокотехнологичный борт яхты Peregrinus.

Сам же Кристиан Берковский, задумавшись о сути происходящих изменений, которые в будущем повлияют не только на его семью, и передовое секретное агентство, но и на всё человечество в целом, неспешно пошёл за тем, чем он пошёл первоначально и по–человечески обыденно, а именно за овощной провизией в приусадебную теплицу.

Время позднего завтрака с витаминным салатом и доброй порцией сваренной каши настало, ровно, как и настал момент истины и разрешения тайны цивилизации Антарктиды. Но даже сам Кристофер Берковский лишь отдалённо и смутно представлял то, что в действительности скрывали тысячелетние льды.

Фазенда Сокольских.

Он был в курсе новых перемен. И то, что он наметил ещё тогда, на острове в Тихом океане, вспомнив, кто он такой.