Солдаты эры Водолея

 – И вы мне обещали посредничество, помните?

– Еще бы!

План Мирослава Владовича был прост: Пташка говорит, что амулет стоит пятьдесят тысяч. Плюс двадцать за посредничество. Всего семьдесят. После сделки Пташка может оставить половину этой суммы – тридцать пять тысяч – себе, приплюсовав их к гонорару. Но чем больше страстей раздувалось вокруг продажи амулета, чем выше становилась его цена, тем неспокойнее на сердце было у пожилого профессора.

– Мне нужна ваша помощь, – настоятельно проговорил Владович.

 – Все, что от вас требуется, это вручить даме амулет и получить деньги. Решайте же, профессор!

Ровно в два телефон ожил. Уже около часа Пташка не находил себе места. Мысли путались. Кто знает, какие счеты у Владовича и тех, кто так страстно хочет приобрести дракона? Пятьдесят тысяч он заработал честно, написав книгу. А эти тридцать пять? Никогда ему не везло в лотереи, а эта сделка чем лучше?

Он осторожно взял трубку.

– Алло…

– Пан Пташка?

– Да.

– Здравствуйте, профессор, это пани Чёрна…

– Я догадался.

– Говорите же… Говорите.

– Они хотят за амулет пятьдесят тысяч долларов.

– Вот оно как…

Интонации металлического голоса пани Чёрны сейчас разнились. Как видно, сумма, названная им, неприятно удивила ее. С другой стороны, она была рада, – и не могла скрыть этой радости, – что сделка возможна. А почему бы и нет? Все продается, тем более – золотое украшение. Даже если ему сотни лет.

– Идет, – проговорила она. – Сегодня вечером, пан Пташка, я привезу деньги вам домой.

Пятьдесят тысяч. Вы заплатите этой компании, возьмете дракона. И я приду к вам еще с двадцатью тысячами. Не возражаете?

– Возражаю, – ответил он. – Сделку проведем в том самом кафе, где мы встречались.

– В кафе, при посторонних? – искренне удивилась пани Чёрна.

– Ничего страшного, – заверил он ее. – Там меня хорошо знают. Я закажу столик в самом уютном уголке. Мы будем почти в изоляции.

– Пусть будет по-вашему, – ответила пани Чёрна. – Мне абсолютно все равно, где состоится наша сделка.

 – Она уже торопилась. – Главное, чтобы дело было сделано. А теперь мне пора. Необходимо собрать деньги. До вечера, пан Пташка!

– Да вечера, – едва успел ответить он.

В трубке пошли гудки.

…Забравшись в самый уединенный уголок кафе, грозовая туча открыла перед Пташкой спортивную сумку.

– Пятьдесят пачек, по тысяче в каждой. Не торопитесь, пересчитайте.

Ее забота угнетала. Пташка пересчитывал деньги.