Второй посланник. О матушке-Земле и тех, кто её слышит

«Материнское дерево?» – удивилась мама. «Первый раз слышу такое название…».

«Софи, я же тебе писал….», – начал было папа, но мама только пожала плечами.

«Вы первый раз на Южном острове, миссис», – сказал Ватуп. «Материнскому древу больше тысячи лет, но каждое лето оно покрывается цветами….»

«Наверное, это очень красиво…. Можем ли мы взглянуть на это дерево?»

«Конечно, миссис. Его изображение – на всех улицах».

«Странно. Я не замечала. Но мне интересно было бы увидеть его вблизи…»

«Увидите. Завтра», – пообещал Ватуп.

«Скажите, а Материнское Древо как-то связано у местных народов с поклонением богине Земли?» – поинтересовался папа.

Но Ватуп вдруг прикрыл глаза и сделал вид, что не услышал вопроса. Потом он поклонился и тихо зашагал по дорожке вглубь сада.

Папа проводил его долгим взглядом и, повернувшись к маме, сказал: «И вот так каждый раз, когда я что-то пытаюсь у него узнать. Он очень неохотно делится секретами. Хотя, казалось бы, что тут особенного скрывать и от кого? Не понимаю…»

«Ты не пойдёшь завтра с нами?» – спросила мама.

«Я постараюсь. Работы много, но мне бы очень хотелось побыть с вами и… послушать этого Ватупа».

13. Ещё одно неожиданное приглашение

После оранжереи папа заторопился к себе, в археологический лагерь, предложив Вере и маме погулять по улицам курорта и отдохнуть. Не успели они пройти первый длинный-предлинный супермаркет, как увидели высокий, метров пять в высоту рекламный щит с изображением дерева, белого от цветов. Ярко-алые буквы сверху гласили: «Фестиваль Цветущего Материнского Древа».

«Походит на вишню в моём саду! Обожаю, когда она цветёт!» – воскликнула Вера.

«Всего лишь реклама. Едва ли у него такие заострённые листья», – проговорила мама. «Если бы не цветы, я подумала бы, что это саликс, то есть обычная ива. Весьма странное дерево…»

Тут Вера услышала поблизости радостные крики, а потом и всплеск воды. Она сразу догадалась, что где-то рядом бассейн и предложила маме пойти посмотреть.

Маму не пришлось долго уговаривать. Спустя ещё десять минут обе, уже в купальниках, с визгом катились с причудливо извивающейся горки. Трамплин! Полёт! И всё утонуло в фонтане радужных брызг и облаке пузырей. Вера вынырнула, потёрла глаза.