Второй посланник. О матушке-Земле и тех, кто её слышит

А то, что было потом Вера не успела увидеть, так как мама увлекла её за собой в стеклянную кабину лифта и перед ней замелькали новые, не менее захватывающие виды переливающихся огнями этажей. Каждый этаж выглядел как настоящая городская улица со своей собственной жизнью – множеством ярких магазинов, потоками элегантных машин, причудливо одетых людей и роботов.

Наконец, лифт остановился на первом этаже. Двери открылись. Здесь их ждал папа. На этот раз он был одет в опрятный белый костюм и пёструю рубашку.

«Добро пожаловать на Южный остров, Софи и ты, солнышко!» – сказал папа, широко улыбаясь и переводя взгляд то на маму, то на Веру. «Историческое событие, можно сказать. Вся семья в сборе! Ох, как же ты выросла! Я думал, ты и, правда, превратилась в фею как на твоей аватарке».

Вера смутилась и даже чуточку покраснела. Мама печально вздохнула. «Она тоже думала, что ты живёшь только в телефоне». Вдохнув аромат цветов, с чувством знатока добавила: «Аквамариновая орхидея пятьдесят семь».

«Она самая!» – подтвердил довольным голосом папа.

«Ты же знаешь, я не люблю искусственные цветы».

«Ой! Забыл… Но, извини, ты так неожиданно.…» – оправдывался он.

Мама успокоила папу, поцеловав его и быстро проговорив: «Ладно-ладно.

Пройдя немного по улице с лениво прогуливающимися туристами, семья Подсолнушкиных села в поезд. Да-да, курорт Южного острова был таким большим, что внутри него по этажам разъезжали автомобили и поезда. Это был целый город под одной большой крышей.

Вера, с переданным ей пышным букетом, устроилась у окна в комфортном кресле и теперь наблюдала за ярко-освещёнными магазинами и снующими туда сюда людьми.

«Так мы можем взглянуть на это изображение», – говорила мама, пристально глядя в папины глаза.

«Прямо сейчас неудобно. Всё-таки, вы с дороги», – возражал папа, так же, не отрывая взгляда от маминых глаз.

Но внимательные глаза этих двух дорогих Вере людей говорили совсем другое – они буквально кричали, как они соскучились друг по другу. Впрочем, может быть, это только казалось девушке и, может быть, оттого, что она сама соскучилась по близким, родным.