Амплерикс. Книга 1. Серый камень

Рейми хотел закричать, но не смог этого сделать, потому что воздух свирепым смерчем впился в его широко раскрытый рот и начал ввинчиваться в него и наполнять легкие, которые стали надуваться, как воздушный шарик. Он корчился и извивался, тщетно хватая руками проникающие в него воздушные потоки, будто пытался вытащить их из себя, и его плоть стало распирать на глазах – кожа надулась и превратилась в тонкую оболочку, сквозь которую виднелись мясо и кровь, голова гудела от сильного давления, глаза лопнули, вылетев из орбит кроваво-белой массой, а затем с громким хлопком все его вспучившееся тело разорвалось, а кости разлетелись в разные стороны, с леденящим звоном упав на гладкий пол Престольного уступа.

Ветер утих так же внезапно, как и появился; и вот судья, устало опустив руки, вновь неподвижно стоит у трона в покрывающей тело до пят длинной черной мантии. Плавийцы открыли рты и уставились на судью, чья фигура, только что четко видневшаяся в свете развешанных на стенах фонарей, стала на глазах растворяться в воздухе и вскоре бесследно исчезла.

Одна из дверей Престольного уступа отворилась, и из-за нее показалась голова королевского секретария. Он окинул взглядом залу, цокнул языком и сделал несколько шагов вглубь помещения, близоруко щурясь на разбросанные по стенам Престольного уступа ошметки ангалийца. После он негромко вымолвил: «Значит, вот как было решено судьей. Что ж, договор есть договор». Охранявшие казненного Рейми плавийцы, видавшие немало жестоко отнятой крови, понемногу отходили от охватившего их оцепенения.

Они уставились на секретария, точно прося разрешения пошевелиться. «Вычистить здесь все», – строго вымолвил секретарий. Он подошел обратно к дверям уступа, вытащил из внутреннего кармана своего темно-зеленого балахона белый тканый платок, обтер им испачканную кровью полукруглую кованую ручку двери и покинул Престольный уступ.

***

Голос Лерии стих. Ученики, открыв рты от изумления, не сводили с нее своих взглядов.

– А что потом стало с той деревней? С Саами? – наконец послышался вопрос из класса.

– По первому же приказу Фардиса Лаплари, сына Рейми и нового патриция Эрзальской долины, в Саами устремились свежие ветра, которые насытили деревню воздухом, буквально вдохнув жизнь в ее обитателей.

– Получается, что Верховный судья – из ангалийцев? – воскликнула Сафира.

– С чего же ты это взяла? – улыбнулась в ответ Лерия.