Найти то...

За т-образным столом, в красном вращающемся кресле эпохи расцвета застоя развалился длинноволосый хиппи, примерно моих лет, по-американски закинув ноги на стол, поверх разбросанных в рабочем беспорядке бумаг. Обе ноги были в гипсе. Рядом обнаружились костыли, притулившиеся к сейфу, выкрашенному в мерзкий коричневый цвет.

– А-а-а, это ты… Привет! – обрадовано протянул хиппи, демонстрируя мне голливудскую улыбку, которая наводила на мысль о съемных протезах, – Рановато вернулся. А грозился: „До сентября ноги моей здесь не будет“.

– Бандитская пуля…

– Угу, понятно. А у меня бандитский „Мерседес“. Выскочил на встречную, козел новорусский, я по тормозам, руль до отказа, так и ушел в кювет. На тебя теперь одна надежда, не то накроется наша поездка на соревнования медным тазом.

– Считай, что уже накрылась, Саша. Ведь ты, судя по табличке, – Александр Макаров?

– Ты что, Игорь, белены объелся? Память отшибло?

– Угу.

– Что „угу“?

– Отшибло.

– Что отшибло? – не понял хиппи.

– Память отшибло. Полностью. Я от тебя только сейчас узнал, что меня зовут Игорь.

– Нет, Игорь, я понимаю, твой девиз „Ни дня без подкола“, но тут уж ты загнул. Мог бы придумать что-нибудь поинтереснее…

Я со вздохом опустился на трехногий стул и выдавил из себя горькую усмешку.

– Интереснее не бывает.

Наверное, мой тон был настолько пропитан безнадежностью, что Макаров, пристально вгляделся в меня и сказал:

– Бутылка в сейфе, закуска там же, ключи, во-он на той алебарде висят.

И ткнул пальцем в один из многочисленных макетов орудий убийства, выдуманных человеком разумным, которые полностью покрывали левую стену кабинета.

Когда я извлек из сейфа все необходимое, Макаров отработанным движением наполнил пластиковые стаканы и выдал тост:

– Ну, тогда за знакомство.

Через полчаса, когда литрович опустел больше чем на треть, глава N-ских меченосцев был уже в курсе моих злоключений, и сам успел прочесть мне краткий курс истории становления клуба. Бывшему „афганцу“, каратисту с черным поясом и просто рубахе-парню Саше Макарову некуда было приложить силушку, бурлящую в нем как вода в забытой на плите кофеварке.