Сказ о том, как кожа спадает с ночи, и оголяются просторы для завоевания днём

Теперь он снова вытягивал перед собой руки; только в правой – держал остро наточенный нож, тот нож, который сопровождал его с тех пор, как он продал в стране Рез свой первый товар – глиняные горшки, жадно скупленные местными жителями по причине отсутствия глины в тех краях.

Отец не надеялся, что в этой норе нож ему понадобится, в отличие от его коммерческих поездок в молодости. Но он верил, что между глиной в норе и той глиной, из который были сделаны первые проданные им горшки есть крепкая связь, проверить которую он может только сам и только в самое ближайшее время.

Он услышал шепот и остановился, прижавшись к стене. Переждав, когда шепот прекратится, он продолжил идти, но старался шагать по липкому полу норы как можно тише. Когда появился свет, отец прилег на пол, от чего стал незаметен для тех, кто находился впереди, за тридцать шагов, в тупике норы.

Нора впереди в последний раз расширилась до невозможности так, что вмещала в себя того, кто её вырыл – огромного червя размером с тридцать лошадей, способного проглотить с двух десяток человек; свернувшийся кольцами, он безглазой мордой тыкал в пол перед собой, между ним и источником шепота – седоволосым мужиком, одетым в белую рубаху и кожаные штаны.

От тыканья мордой земля перед червем становилась мягкой и провалилась, открыв подземный поток из чёрной, как ночь жидкости. Жидкость постоянно двигалась, подрагивала, уходя в недра земли, от чего блестела от попадания на её колеблющиеся бока света факелов. Седоволосый мужчина перестал шептать и шикнул на червя.

Отец, крайне удивленный происходящим, знал, что приручить вот такого червя никому бы и никогда ни удалось только по той уже причине, что никто не допускал существования такого глубинного зверя. Спрятанная же в недрах земли речка с чёрной водой казалась сложным механизмом неизведанного мира подземного царства из разряда тяжелых величин.

Седоволосый мужик перевел внимание на поток чёрной жидкости, засмеялся алчным смехом и затем прокричал, опуская руки в чёрную жижу:

«Хочу золота, богатства хочу, дай мне это!!!»

Он долго шарил руками в жиже, как будто искал в ней что-то и, когда вытащил руки из жижи, то в обоих кулаках держал по золотому самородку, оба величиной с лошадиную голову.