Крах миров

 – Снятое же оборудование можно забрать себе для изучения или внедрения на собственные корабли.

– Если посол действительно говорит правду, то у нас возникнет другие более масштабные проблемы – кортиане и воуны, которые могут стать потенциальными противниками в случае поддержки остатков терранцев. Или, что еще хуже, но маловероятно – они присоединятся к норкролам. Впрочем, враг пока напрочь игнорировал любые попытки контакта, и скорее всего эта тенденция сохранится… Империи нужны новые технологии, которые могут помочь в войне, но часть из них у нас уже имеется.

– Это значительно поможет процессу, – помедлив, все же утвердительно ответил адмиралу советник на первый вопрос. – Главное, чтобы мы сумели в итоге передать все наработки имперским ученым. Иначе все, чем я здесь занимаюсь, бессмысленно.

– Решено. Если Единая Федерация действительно развалилась, то мы примем их к себе в обмен на технологии и знания. Другой вопрос, согласятся ли они на ВСЕ наши условия? Посмотрим, – Квирин задумчиво положил подбородок на кулак. Разум стремительно продумывал различные варианты, систематизируя их в конкретные действия в каждом конкретном случае. Даже текущее краткое обсуждение нужно было скорее для сбора мнения и возможных оригинальных идей, чем для реальной выработки плана.

– Задачи поставлены, адмирал, – отчитался коммандер Доритон, наконец отвлекаясь от панели.

– Мне еще немного, сэр, но я бы все же хотел лично проинструктировать и проконтролировать выполнение, – озадаченно добавил Вильям, – особенно команды осмотра.

– Хорошо, – кивнул Квирин, – приступайте. Да, Фауо, подготовь мне краткий отчет о текущих ресурсах на базе, начиная от запасов и производственных мощностей до списков людей по специальностям.

– Краткий? – удивленно хмыкнул тот в ответ, но спустя секунду продолжил: – Сделаю, сэр.

Через минуту в комнате совещаний остались только адмирал и советник, каждый из которых просто молча витал в своих мыслях. Окутавшая помещение тишина полностью накрыла все пространство, словно захватывая его целиком. Сторонний слушатель не смог бы уловить даже дыхание присутствующих, статуями замерших внутри.