Расплата за ошибки

– Привет! – начало доноситься отовсюду.

Вдоль стен стояли столы с яркими лампами и кучей косметики. В углу красовались костюмы, парики, украшения, кардинально отличающихся друг от друга. Ко мне подскочила девушка, по виду моя одногодка. Волосы были выкрашены в белый цвет со скрытым бирюзовым окрашиванием. На лице присутствовал минимальный макияж. На большие, карие глаза нанесена тушь, нижнее веко подведено коричневыми тенями, губы покрыты блеском, а на щеках красовались персиковые румяна. Лицом девушка была мила, даже красива.

– Мирослава?

– Да. Ты моя визажистка?

– Всё верно. Вот наш столик, – девушка указала на ближний стол, заставленный косметикой. – Меня Ева зовут.

– Очень приятно. А я… Хотела тоже представиться, – сказала я и села в кресло.

Сбоку на этажерке стоял стакан с кофе, испещрённый галочками, которые сообщили мне, что Ева пьёт кофе со сливками, мандариновым сиропом и какао. Внутренне я съёжилась.

Визажистка показала мне на фотографию, прикреплённую сбоку зеркала.

– Это ты делала? Тренировалась?

– Ага.

Макияж безусловно выглядел шикарно, чувствовалась рука профессионала, но я не знала сколько попыток она сделала перед фото, и осознаёт ли она, что у меня другое веко, нежели у девушки на фото. К основе макияжа у меня не было претензий. Ева прекрасно подготовила кожу и подобрала оттенок, но, когда мы подошли к макияжу глаз, нутро моё вновь съёжилось.

– Ева, пожалуйста, подними выше тени. Обрезается граница.

Девушка посмотрела на меня внимательно, потом перевела взгляд на зеркало, аккуратно повернув мою голову, затем вновь вернула взгляд.

– Хорошо, – ответила Ева, кивнув.

Закончив с тенями, она взялась за подводку, потрясла её, сделала несколько линий на тыльной стороне ладони и направилась ко мне.

– Опусти нижнюю линию стрелки. У модели на фото другие глаза. Мне такие стрелки всё испортят, – проведя ногтем у уголка глаза, я поймала взгляд Евы. – Вот так! Хорошо?

Моя визажистка заметно напряглась. Поджав губы, подошла ближе, встряхнула подводку, и приставив тонкую кисть, спросила:

– Вот так?

– Да.

Пока рисовалась стрелка, я пыталась понять всё ли идёт хорошо. Движения Евы были тверды и уверенны.