Пряные ветра

Осторожно приближаясь к белесым стволам, каждую секунду готовый отпрыгнуть, нюхлями отодвинул последние самые слабые мальвинки, и вышел на голое место у деревьев. Страх сжимал бешено колеблющееся сердце, нюхли превратились в два полукружия. Напружиненные ножки готовы бежать, бежать, бежать!

В страшных зарослях угадывался смутно знакомый силуэт. Да это же Игга!

Воздух выпустил облегченно и шумно, даже больно стало влажным нюхлям. Слегка расслабился, и тут же напрягся от простой мысли:

– Как ее теперь вызволить?

А если ее богатый дядя Инни узнает, что я не помог малышке, он же бросит старого Арги на съедение хищникам.

– Игга, ты слышишь меня? – почти шепотом позвал девочку.

Слегка всхлипывая, уставилась своими громадными лиловыми с чернотой глазами.

– Гаги? – не веря пролепетал ребенок. – А я вот попалась, ногу зажало.

Глаза заблестели, мы так плачем.

– Ладно, ладно, – проворчал я, отчаянно думая, чем бы мог помочь ей. Крутясь по сторонам в поисках хоть чего-то похожего на длинную палку, натоптал полянку. Деревья недовольно стали поскрипывать, ощутив сотрясения почвы, явно добыча была рядом.

– Замри, Игга! – прошептал, отступая чуть ближе к мальвинкам. – Давай, я сбегаю за взрослыми!

– Не оставляй! – отчаянно дернулась она, окончательно пробуждая страшный лес.

Зашумело, заскрипело, заурчало.

Она спешила, чувствуя удачу, мясо само пришло к ней на ужин. Щелкая дырчатыми сочленениями внешних позвонков, она цеплялась за гущу ветвей, что шумели встревоженно и скрипуче. Ее глаза не меняли направления, голова несла их к цели, в то время как все тело жило будто своей жизнью, прихотливо извиваясь среди бело-голубых стволов и ветвей. Страшная пасть стала медленно, как в ночном кошмаре, открываться, обнажая ряды зазубренных и загнутых внутрь челюстей, вложенных как матрешки друг в друга.

Игга задергалась, даже не в силах издать хоть слово, только слабый писк едва вырвался из ее ротика. Мои ноги сами несли меня назад, разом ослабев от ужаса. Мгновение отделяло меня от протоптанной в мальвинках тропки. Но я каким-то древним чувством понимал, что не успею.

И вдруг…

С неба мелькнул не менее страшный пернатый силуэт.