Карнивора

– Представляешь, – рассказывал теперь-уже-будущий-маг Кит, – школа в Кастинии тоже вся стоит на Круге. И пока ты учишься там, пьентаж можно не носить – Круг делает за тебя всю работу. Поэтому школу и построили там. И когда я туда приеду…

В этот момент Марика обычно переставала слушать. Ей было совершенно не интересно, что собирался сделать Кит по приезду в свою дурацкую школу.

А дальше – дальше все путалось в памяти. Одна ссора с Китом, вторая, третья. Мама пишет и отправляет письмо. Возвращается с ответом.

Лагит шьет одежду. Кейза дает наставления. Мама копит деньги на дорогу.

– Сколько сорочек ему нужно? – спрашивает Лагит.

– Сколько сможет унести – путь неблизкий, – отвечает Дора.

– А как, как туда добраться? – возбужденно спрашивает Кит. Дора рисует углем на столе, рассказывает. Марика смотрит и слушает.

– Пообещай мне одно, – говорит Кейза, пристально глядя на мальчика. – Ты обязательно пойдешь изучать врачевание.

Кит удивленно вскидывает брови:

– Зачем?

– Это единственное, что действительно ценно в магии, – голос бабушки режет, как острый нож.

Кит поджимает губы, но молчит. Чувствует на себе выжидающие взгляды и наконец кивает.

– Хорошо.

Кейза сухо улыбается.

Лето кончается, и Дора с Китом отправляются в путь. Кейза и Лагит, неподвижные, как скалы, стоят наверху холма и смотрят вдаль, на спускающуюся дорогу, по которой удаляются две высокие фигуры. Кит еще вырос за это лето – он догнал Дору.

Марика стоит рядом с бабушками, но смотрит не на дорогу.

Ее взгляд прикован к опушке Леса, туда, где в тени пожелтевшей листвы виднеется что-то рыжее. На мгновение оно будто подходит ближе – а потом взвивается огненным всполохом и исчезает.

Далеко в Лесу раздается одинокий вой. Но Лес по-прежнему молчит.

VIII. Круг

Почему-то Марика считала, что Кит обязательно приедет их навестить. Однако Лес укрылся снежным покрывалом, сбросил его с себя, расцвел, рассыпался пятнами ягод, укутался густой травой и, наконец, пожелтел, застыв в ожидании смерти, – а от Кита было лишь одно короткое письмо с «приветом Марике».

Иногда ей хотелось сжечь это письмо, иногда – спрятать под подушку, но чаще всего Марика просто делала вид, что никакого письма не было. И никакого Кита тоже никогда не было. Ни его, ни Лиса. Взгляд скользил по далеким склонам холмов, по дороге, по опушке Леса – но они были неизменно пустынны, как и всегда.

Осенью Ана вышла замуж за сына Тура Кийри.