Чужие

– Бах! Вы сталкиваетесь с человеком в шапке-ушанке.

Джинджер охнула и дернулась от удивления.

– Он подхватывает пакет, чтобы тот не упал, – продолжил Пабло.

– Ой! – сказала она.

– Он извиняется.

– Моя вина, – сказала Джинджер. Пабло знал, что она говорит не с ним, а обращается к мужчине с одутловатым лицом в шапке-ушанке, в данный момент не менее реальному для нее, чем в тот вторник в кулинарии. – Я не смотрела, куда иду.

– Он протягивает вам пакет, который вы берете. – Пожилой волшебник внимательно наблюдал за ней.

Перемена, произошедшая с Джинджер, была мгновенной и шокирующей. Она села прямо, ее глаза открылись.

– Перчатки! О боже, перчатки!

– Расскажите мне про эти перчатки, Джинджер.

– Черные, – сказала она тонким дрожащим голосом. – Блестящие.

– Что еще?

– Нет! – вскрикнула она, вставая со стула.

– Сядьте, пожалуйста! – велел Пабло. Она замерла, приподнявшись лишь наполовину.

Ее потерявшее гибкость тело опустилось в кресло. Лучезарные голубые глаза были широко открыты, но устремлены не на Пабло, а на перчатки в ее воспоминаниях. Судя по виду Джинджер, малейшего толчка было достаточно, чтобы она снова бросилась наутек.

– Теперь вы расслабитесь. Вы будете спокойны… спокойны… очень спокойны. Вы понимаете?

– Да. Хорошо, – сказала она.

Дыхание замедлилось, плечи слегка опустились, но она все еще оставалась в напряжении.

Обычно, вводя человека в транс, Пабло сохранял полный контроль над ним – тот сразу откликался на его действия. Сейчас он был удивлен и почувствовал тревогу из-за напряжения Джинджер, не исчезавшего, несмотря на его призывы, но успокаивать ее и дальше он не мог. Наконец он сказал:

– Расскажите мне о перчатках, Джинджер.

– О мой бог!

Страх исказил ее лицо.

– Расслабьтесь и расскажите мне о перчатках. Почему вы их боитесь?

Ее затрясло.

– Н-н-не поз-з-зволяйте им прик-к-касаться ко мне.

– Почему вы боитесь их? – настаивал он.

Она обхватила себя руками и втиснулась в кресло еще глубже.

– Послушайте меня, Джинджер. Это мгновение заморожено во времени. Часы не идут ни назад, ни вперед. Перчатки к вам не прикоснутся. Я этого никогда не позволю. Время остановилось. Я наделен властью останавливать время, и я его остановил. Вы в безопасности.