Ты, я и дракон?

– Может, в кафе?

– Нет, мне нужно выспаться, завтра иду на собеседование, устраиваться на работу.

– Куда, если не секрет, – он заметил, что тоже улыбается.

– Пока не скажу, хочу сама добиться чего-то в этом мире, – она погрустнела, и в глазах потух живой огонек.

– Доказать отцу?

– Да и это тоже. Не расспрашивай меня, пожалуйста, не хочу об этом говорить.

Домой ехали молча, она все также рассматривала местность, радовалась, если видела собак на улице. Роберт наблюдал, как она разглядывала море, и не удержался, проехал мимо бабушкиного дома, обогнув парк, привез ее на побережье.

– Спасибо! – Элла вышла из машины, но подойти до моря близко у них не получилось. Море бушевало, катило волны на берег. Падая, они разбивались  на мелкие брызги, и утягивало вглубь за собой песок. Она как ребенок бегала и собирала ракушки, интересные камешки, смеялась звонким переливающимся бархатистым смехом, когда на нее попадали брызги воды. Роберт стоял у машины и наблюдал за девчонкой, которая ворвалась в его жизнь, так резко и необычно.

– Смотри! – прервал ее голос, его размышления. – Смотри! Какая красивая перламутровая раковина, ее только что выкинуло море. Я возьму себе, можно?

– Ты у меня спрашиваешь? Ты у моря проси, – ее детская выходка позабавила его.

Элла подошла к морю и поклонилась, потом что-то сказал, Роберт не разобрал ее слова.

– Смотри! Ты сказал, нужно у моря просить, я попросила, и оно мне дало еще. – На руках она держала две ракушки, мраморного цвета, витые и целые.

Руки же у Эллы стали красные.

– Поехали домой, ты руки отморозишь, потом нигде работать не сможешь, – он положил ее находки в машину, открыл ей дверь и посадил на сиденье.

Машина легко преодолела грунтовую дорогу с моря и через пару минут он заводил дрожащую Эллу в квартиру к бабушке.

Та заохала и запричитала, увидев, мокрую Эллу. Она пошла, наливать в ванну горячей воды и кипятить чайник. Девушка же принесла ракушки в комнату и положила рядом со шкатулкой. Роберт попрощался и поехал к себе.

2

Весь вечер он думал о бабушкиной квартирантке, больше всего о глазах, ее теплом взгляде и мягких чертах лица. Он подходил к зеркалу и вместо отражения, он видел ее улыбку, милый носик и слышал ее смех.