Мамина дочка

Но вспомнила, как в Станверии женщины ручной стиркой занимались без всякой магии, и прикусила язык. Магию можно ведь и на всякие смертоносные штучки пускать, а не на облегчение быта.

– Вот четверть века назад одна советница и предложила школы открывать, магию развивать у детей, как у мальчиков, так и девочек, – покивала Сударушка.

Я догадывалась, кто это мог быть и на сердце потеплело.

– Магов пока маловато, не в каждой провинции есть. Они заряжают готовые амулеты, а новые все же приходится покупать.

– Невыгодно, – рассудила я. – Надо своих магов лучше учить!

– Кто же спорит, только орденцы не дураки, себе конкурентов растить. Первое время посылали в Станверию ребят, а они их то к себе переманят, то поженят да больше не выпустят, или учат ерунде всякой бесполезной. Да против Империи настраивают. Запретили, в конце концов, за границей детей учить, портят они детей. Зато здесь разрешили мальчикам поступать в университеты, а для девочек-то и раньше образование было обязательным, им страной управлять.

– А мне говорили, что тут полная свобода для женщин.

– А разве полная свобода – это жрать от пуза да тряпки примерять? Все знатные женщины занимают ответственные посты, трудятся на благо страны. Им льготы и привилегии. Поместьем собственным управлять – тоже служба не из легких, от помещицы зависит благосостояние многих тысяч людей. Многие держат фермы, мануфактуры. Вот ты чем хотела заниматься, что делала?

– В магазине работала, – хмуро ответила я.

– Хорошее дело. Законники у нас в большом почете, – покивала Софи. – Можно судьей стать, тяжбы разбирать, можно нотариусом, сделки оформлять, имуществом чужим управлять, даже стать градоначальницей или школой руководить.

– А личная жизнь когда? У нас или карьера, или семья, до сих пор выбирать приходится.

– Детка, в Империи не нужно выбирать! – всплеснула руками Софи. – Мужей- то двое обычно, да гаремные мужчины на что? Ты только роди! И вынянчат, и вырастят, и выучат дитя, они же первейшие помощники наши!

Я закашлялась.

– Сомневаешься? Зря! Гаремные, они же самые-самые лучшие, воспитанные, образованные, искусные, во всех науках наставленные, это ж какой почет, попасть в гарем к благородной даме! А ты что себе вообразила?

Вообразила я себе много всякого непотребного, и устыдилась.